Агнцы Божьи

 – Ты чего так дышишь, как паровоз?

Путаясь и перебивая самого себя, Силантий стал рассказывать ему о своих видениях. Но вскоре он замолчал, так как язык прилип к гортани. Ему стало душно, разболелась голова, и в горле пересохло.

– Ай-я-яй, – покачал головой доктор. – Что-то ты мне не нравишься, очень не нравишься, мил человек. Можешь не говорить, только кивни, если чувствуешь себя очень плохо.

Силантий кивнул, а потом заговорил:

– Доктор, батюшку ко мне приведи. Только не того, кто под руку подвернётся, а иерея Георгия.

Видимо, для покаяния время близится, и я хочу видеть его.

– Гм-м-м… – задумался доктор, – ты что, уже помирать собираешься?

– Я не собираюсь, но, видать, всё к тому идёт, – вздохнул, отвечая, Силантий. – Наваждения так и встают передо мной, да все нечистые, жуткие, пугающие.

– Но иерей Георгий ничем тебе не поможет, – хмуря лоб, сказал доктор. – Он сложил с себя сан, ушёл из храма и сейчас помощником машиниста на железной дороге работает. И живёт он сейчас неизвестно где.

Дом, в котором он ранее проживал, он церкви оставил.

– А чего он ушёл? – насторожился Силантий. – В вере, что ль, разуверился?

– Вот чего не знаю, того не знаю, – пожимая плечами, ответил доктор. – Что про него знаю, то тебе сказал.

– А девушка, Евдокия, что у него жила? – дрогнувшим голосом спросил Силантий. – О ней ты ничего не знаешь?

– Нет, про неё мне ничего не известно, – покачал головой доктор. – После того как я её лечил и вылечил, мы больше не пересекались.

Силантий вздохнул, пошевелился, и…

– Свези меня к хлыстам, доктор? – попросил он. – Если здесь я вот-вот концы отдам, то после их настоек ещё поживу маленько. И… Не прячь глаза и не уводи их в сторону, Олег Карлович. Ты обещал, вот и исполняй своё обещание, доктор.

* * *

Выслушав рассказ дочери о возобновившихся приставаниях Власа Лопырёва, супруги сначала лишились дара речи. Потом, придя в себя, Марина Карповна залилась слезами, а Иван Ильич впал в бешенство.

Раскрасневшись от душившего его гнева, он метался по кабинету, круша всё, что попадалось под руку, затем вооружился револьвером и собрался немедленно ехать в дом Лопырёвых. Но вставшие перед ним жена и дочь заставили его угомониться и отложить разбирательство.

Через два дня, прямо с утра, Иван Ильич поехал к Лопырёвым. Взбежав на крыльцо, он с силой толкнул дверь, вихрем ворвался в дом и, оттолкнув оказавшегося на пути слугу, вбежал в столовую.