Сто дней с пиратом. Книга первая

Очень смуглый, с бегающими маленькими глазками и услужливой улыбкой, он заговаривал тебе зубы на довольно сносном английском, вот только, очевидно, сразу играл на два, а то и более полей… Кто знает, может это он виноват в том, что произошло с командой Ричарда, может это он сдал все пароли – явки и навел на них пиратов как на лакомую добычу – когда еще в руки разбойников бы попали сразу с десяток граждан США, а команда Ричарда в этот раз состояла преимущественно из его соотечественников… Вот и сейчас, бегающий по Валерии, несмотря на ее закамуфлированный вид, сальный взгляд Омара не предвещал ничего хорошего…

– Мне нужно попасть именно к Нему, к Корсану…

– Ты хоть понимаешь, о чем говоришь, женщина? Это самоубийство! Знаешь, ты мне нравишься, вот чисто по – человечески, поэтому предлагаю по – хорошему, возвращайся, пока не поздно… Пока тебя не раскусили…

– Почему Вы говорите сейчас так? Мы же обо всем договорились по телефону! Вы сказали, что все организуете… Что сможете пристроить меня в команду рыболовецкого траулера… Что сможете…

Он хмыкнул… Конечно, договорились… Она ведь перевела ему аванс, вот он так охотно и согласился вначале, а теперь заднюю дает…

– Прости, я ничем не могу помочь… Лучше тебе вернуться в гостиницу, уже вечереет, не стоит молодым иностранкам находиться затемно на улице в этом городе, даже если они неумело и попытались скрыть себя за нелепым мужским одеянием, – он снова одарил ее презрительно – сальным взглядом и хищно улыбнулся.

Валерия потерянно шла в направлении отеля, с которым, казалось, уже распрощалась… Неужели все ее усилия зазря… А ведь она уже потратила несколько тысяч долларов на свою авантюру… Билеты из Нью – Йорка в Каир, такси из египетской столицы в Порт – Саид, аванс этому мерзавцу Омару… А ведь у них кредит на дом… Их милый, уютный дом… Сердце снова невольно сжалось… Их… Она все никак не может привыкнуть, что «их» нет, что Ричард неизвестно где, неизвестно в каком состоянии, жив ли он вообще? Увидит ли она его снова? Горло невольно запершило от подступающих слез, обиды и обреченности.