Ничья…

– Передай ей, что я заходил, – сказал Васель, намереваясь тут же уйти и явно показывая, что не желает с ним говорить.

– О, какое отсутствие воспитания, подойди, хотя бы обними дядю, сделай вид, что хоть немного наш! – привстал Авад, деланно протягивая руки в направлении племянника, словно ожидая от него объятий.

Васель не прореагировал никак. Вместо искусственных объятий подошел к бару и налил себе немного виски.

– Не понимаю, в чем твоя проблема, дядя, – начал он так же невозмутимо и высокомерно, как его собеседник.

– Моя проблема – это моя проблема,  – искусственно улыбаясь, парировал издевкой Авад, – а вот в чем твоя проблема я , наконец, знаю.

Васель заметно напрягся, что было видно по проступившим у него на шее жилам.

– И давно ты с ней спишь? – продолжал свой гнусный напор «дядя».

– Тебя стало волновать, с кем я сплю? Это прогресс, думал, что мы ограничиваемся, как и прежде, взаимным игнором, – выплюнул презрительно в ответ Васель.

Авад усмехнулся.

– Ты знаешь, золотой внук, – на этих словах он сделал особый упор, – меня это мало волновало, когда ты трахался с шармутами из Шама, но эта твоя слабость… он манерно сделал паузу, – Не думаю, что это бы понравилось твоему деду!

Васель не спеша отпил виски из стакана.

– Мы никогда не узнаем, что бы понравилось моему деду.

– Мне? Да в общем – то ничего. Делай что хочешь…Только вот все равно забавно получилось, что она была в твоей постели, а потом оказалась в постели этого сопляка Диба. Неужели совпадение? Вы же были с ним не разлей вода, пока ты не оприходовал его сестренку, – продолжал слащавым голосом провоцировать его Авад.

Васель терпел из последних сил.

Авад звонко залился деланным гоготом.

– Тише – тише, не порть имущество…не забывай, мы под чертовыми санкциями, а это Баккара, коллекционный набор, покупал его лично в Париже. Что с твоими нервами, племянник? Мне казалось, удовлетворенный мужчина бывает расслаблен и доволен, а ты как струна.