Присутствие № 6/15 или Корпорация сновидений

 – Вы походите немного, но не ешьте ничего…

– Сам знаю! Не в первый раз…, – отмахивался Колиушко и вскоре из-за кустов слышалось сочное извержение блевотины.

Виктория замирала с не донесенным ко рту так и не начатым бутербродом. Забыв о том, что она делает, женщина опускала руку вниз. Красочный кусок семги медленно отрывался от ломтика хлеба и тихо, как осенний лист спадал ей под ноги.

На появлявшегося через некоторое время Колиушко было больно смотреть. Все время красное лицо после этих приступов становилось синюшным.

Рубцы на местах самых глубоких ожогов чернели глубокими зияющими дырами.

Петр старался не смотреть в ту сторону, откуда выползал Сергей Сергеевич. Ему было очень неудобно за своего шефа перед этой привлекательной женщиной, в которую он успел уже влюбиться. Виктория, наоборот, в эти минуты подавалась всем телом вперед, навстречу Колиушко. У Петра от ревности перехватывало дыхание, и он еще больше начинал ненавидеть этого человека, забывая о всех данных ранее ему обещаниях…

Когда Петр сделал попытку у дома Колиушко провести своего шефа к подъезду, его усилия неожиданно разбились о категоричный жест:

– Не стоит! Езжай домой! Если понадобишься, я тебе позвоню… Еще отвези домой Викторию.

Все! – правая рука Сергея Сергеевича, протянутая к груди Хохрякова, означала только одно: «даже и не думай!».

– Я вас только до дверей…, – стал настаивать Петр, сделав один шаг к шефу.

Но не успел даже договорить начатую фразу, так как его корпус уперся в железную руку. От неожиданности этого запрета, выраженного в такой не двузначной форме, он осекся на полуслове и замер.

Он готов был ожидать всего, что угодно! Но только не такую неприкрытую к себе ненависть, «украшенную» злобным оскалом никогда не закрывающегося до конца рта.

Он немедленно отступил и, не говоря более ни слова, уселся в автомобиль. Петр даже не посмотрел, как в свой дом зашел Сергей Сергеевич. И, тем более, не глянул в сторону Виктории. Ах, как жаль! Он бы тогда вообще сошел с ума, прочитав в этих женских глазах, провожавших Сергея Сергеевича, бездонную нежность, почитание и, даже, нечто большее…

– Вам куда? – не поворачивая головы в ее сторону, спросил Петр.

– Поехали быстрее! Потом покажу…

Эти слова Хохряков расценил, как приглашение женщины продолжить ранее начатое. Понравившийся более, чем его «родной» за время дороги «Джимми» резко взял с места.

– Так куда же? – стал уточнять Петр, когда они выкатились на одну из центральных улиц города.