Книги и кровь

– Стеф, Клара, помните какой сегодня день? – спросил отец, изучая собранный мною стеллаж в духе с Толстого по нитке.

– Вторник, папа, – выдыхает вселенскую скорбь Клара, поправляя макияж.

– Сегодня день, когда нам не нужно облажаться, – констатировал он.

Каждое утро он говорил что-то подобное в духоподъёмном духе. День исправления ошибок. День, когда проколы недопустимы. День без истерик и день соборности нашей семьи. По понедельникам он ещё затирал про недели солидарности, сплочённости и неприятия замалчивания.

– Точно, – кивал я.

– Вы убрались после вчерашнего?

Тут отец смотрел на меня.

– Вчера была Клары очередь, – оправдывался я. – Наверное. Спроси у неё.

– Дочь? – поворачивался как изваяние на колёсиках отец.

– Пап, он врёт. Я убиралась за Стефана на прошлой неделе! Теперь он обязан отработать.

– Отработать? – возмутился я. – По графику идёшь ты, а я тебя подменю, когда тебе в следующий раз соответственно по моей вине прокусят руку.

– Я уже извинилась! Она вырвалась!

– Не умеешь следить за своими питомцами, не начинай!

Клара не на шутку взбеленилась.

– Значит, тебе их можно, а мне нет! Я вообще-то мать и побольше твоего знаю об уходе.

– Клара просто убери эти проклятые книги, – отмахнулся я.

– Нет, – насупилась она.

Когда мы ссорились, отец обычно незаметно уходил восвояси и присылал после маму. Но так как мама была наверху с Домоседом, а входная дверь уже была открыта, то нужно было приложить свой непоколебимый авторитет и задавить наши колеблющиеся.

– Не можете решить, тогда решу я, – твёрдо заявил он. – Идите оба и всё уберите.

Спорить не имело никакого смысла, поэтому мы обменялись взглядами полными братской и сестринской ненавистью и пошли вглубь зала. Вчера милая старушка, божий одуванчик и очень крепкая дама ухватилась за полки с кулинарией и историей Средневековья, обрушив на линолеум всю французскую и вьетнамскую кухню вместе периодом от Тёмных веков до альбигойцев.

– Клара, что ты в итоге с ней сделала? – с участием спросил я, чувствуя за собой осадок вины.

– Как обычно, – пожала она плечами. – Ой.

– Что?

– Смотри, – она указала на пятно рядом со стеллажом.

– Ох, пойду, принесу тряпку.

Отец нас не стал дожидаться, отправившись наставлять Андерса. Дольше всего он простоит у стола регистрации, где Камила по своему обыкновению всё завалит остатками еды.