Картошка

«Так, курить я не брошу, – неожиданно для себя подумал Андрей, – разве сейчас это важно? Скажу Алке, что на работе задница, если унюхает табак, – Он бросил бычок и закурил снова. –Она милая, хорошая, а завтра… Если она не предложит поехать к ней? Скажу сам. Напрошусь отвезти домой. А если не позовет, если откажет? Нет, не откажет…», – думал Андрей, смотря на проезжающие мимо машины. Выставив перед собой руки, он тихо засмеялся, видя, как они трясутся. «Какой чувствительный романтик!» – подумал он. Выкинул недокуренную сигарету, сел в машину и поехал домой.

Утро у обоих началось хоть и в разных местах, но почти одинаково. Катя проснулась с мыслью: «Сегодня!» После посещения ванной комнаты она вытащила из шкафа ящик с нижним бельем и нервно стала его перетряхивать в поисках наиболее подходящих к случаю аксессуаров. «Вот этот хорош, – вслух рассуждала она, – только трусов к нему нет. Так, а этот мал, или… – Она приложила лифчик к груди и подошла к зеркалу: Да, маловат. Надо померить, так не поймешь». Катя застегнула бюстгальтер и критично посмотрела на себя в зеркало: «Пойдет! Слегка вываливаются, но это и лучше.

Трусы есть. Чулки надо».

Подобрав нижнее белье и перемерив с десяток платьев, она осталась довольна собой. Комом затолкала в шкаф разбросанную по комнате одежду, посмотрела вокруг критичным взглядом: – «Для первого раза сойдет. Пусть на меня смотрит».

Андрей провел свое утро так же, у шкафа: «Новые носки, трусы… Вот, в этих я поинтереснее. Рубашку, рубашку… Голубая или бордовая? Галстук? А вдруг ничего не будет? Сделает вид, что вчера ничего не случилось! Какую рубашку надеть? – сумбур в голове мешал ему сосредоточиться, – бордовую и без галстука, а то на работе вопросами замучают: куда? зачем?»

– Ты что, на свидание собрался? – спросила Алла, заглянув в комнату.

– Заказчики приезжают. И так все плохо на проекте, начальство просило одеться поприличнее. Я, кстати, сегодня поздно, ужинайте без меня. Я позвоню вечером.

Завтракать он не стал. Сказал, что торопится, и убежал на работу.

На самом деле, поесть он бы и не смог: вчерашний ком сомнений опять встал в солнечном сплетении, вызвав легкую тошноту. «Я это сделаю, а там посмотрим, – говорил он себе, – Алла ничего не узнает, это самое главное». Он очень торопился, ехал до работы нервно, беспорядочно перестраивался и гудел «тормозным» участникам дорожного движения. По пути он купил ей одну розу – посчитал, что это необходимо, без такого важного аксессуара точно ничего не получится.