Корни. Роман-гипотеза

Эта дама была близка с Михаилом Бакуниным на протяжении многих лет… У неё остались письма Бакунина и его автопортрет, написанный в тридцатых годах прошлого века. Этот портрет и письма я и попросил его забрать у упомянутой фрау, заплатив, сколько потребуется. Я нашел её адрес с помощью швейцарских анархистов, списался с ней. Была достигнута договореность…

– Вы имеете в виду Михаила Александровича Бакунина, одного из основоположников анархизма? – азартно подался вперед Афиногенов.

Саша замешкался, ибо не знал, как будет «основоположник» по английски.

Перевел, как «отец-основатель».

– Да, его, – подтвердил О’Кейн.

– А зачем вам его портрет? – подозрительно насупившись, сощурился Афиногенов.

– Для коллекции, – уклончиво бросил О’Кейн, не желая признаваться в своей принадлежности к анархистскому движению.

Посверлив его специфическим чекистским взглядом усталых, но добрых глаз, капитан решил не прессовать стармеха. И так всё ясно. Если Тики подтвердит насчет дурацкого портрета, то шпионский компонент из дела выпадает… Эту фрау Финкельштейн найти – пара пустяков.

Тоже, конечно, запираться не будет. Остается только допросить железнодорожника Сухмятского, откуда он взял дурацкую идею о продаже чертежей подводной лодки в пивняке. Ну, если выдумал! Огребет неприятностей по полной! Вводить органы в заблуждение – занятие вредное и опасное для организма!

– Большое спасибо, мистер О’Кейн! Вы нам очень помогли!

– Пожалуйста, – буркнул стармех, раздосадованный, что портрет своего кумира он не получит.

По дороге в управление Афиногенов похвалил Сашу:

– А ты молодец, товарищ Брянский! Язык хорошо знаешь, ни разу даже не запнулся!

– Я старался, товарищ капитан! – зарделся Саша.

– Ты, ведь, университет заканчиваешь в этом году?

– Так точно, только госэкзамены сдать!

– Не хочешь к нам, в контрразведку? Я твоё личное дело смотрел: комсомолец, отличник, национальность нормальная, семья хорошая, на оккупированной территории не проживал, под судом и следствием не состоял… А?

– Да, я бы с радостью… Только, как же медкомиссия?

– А что, медкомиссия?

– Очки у меня… Близорукость…

– Ну, это пустяки! Ты же не снайпером служить будешь! – улыбнулся Афиногенов, – Давай, прямо сейчас и напишешь заявление!

И в управлении Саша написал заявление о принятии его на службу в МГБ.

Гражданку Розу Абрамовну Финкельштейн, 1860-го года рождения, чекисты посетили в тот же вечер.