Корни. Роман-гипотеза

К полудню они едва не столкнулись с очередным топляком, внезапно всплывшим в сорока футах по курсу. Лесник пространно выругался и Джим с удовольствием отметил, что понял все русские слова и смысл их связи. Нос шитика отклонился вправо и вскоре они поравнялись с препятствием. Джим отметил, что топляк выглядел необычно и довольно странно: кора была покрыта буграми, как шкура крокодила, только крупнее. И, вообще, ствол был очень толстый, толще, чем любой из виденных ранее.

Шитик уже миновал непонятное дерево, из разделяло около десяти футов.

Из воды высунулась огромная, как колесо автомобиля, приплюснутая голова с зубастой пастью, в которой поместилась бы швейная машинка «Зингер» вместе с футляром! Такое, вот, у Джима всплыло сравнение. Голова издала громкий шипящий звук и из нозрей вырвались фонтаны брызг, а также, как показалось Джиму, пара.

– Ходу отсюдова! – отчаянно завопил Григорий, хватая ружьё.

– Ой-ой! – заверещал Джим и налег на весла так, что они согнулись и затрещали.

Шитик рванулся вперед, как стрела, выпущенная из лука.

Автор понимает, что это сравнение затерто и является штампом, но оно, увы, наиболее полно описывает ситуацию!

Монстр проводил их взглядом маленьких немигающих глаз и поплыл следом. Несмотря на все усилия Джима расстояние медленно сокращалось. Лесник, бросив руль, пихал в стволы патроны. Вот он вскинул ружьё и с расстояния шести футов выпалил прямо в готовую пожрать их разверстую пасть. Дракон икнул и погрузился, теперь было видно только спину.

Григорий снова схватил руль и направил шитик к берегу, до которого было совсем близко, два взмаха весла.

– Прыгай! – крикнул он Джиму.

Джим прыгнул, но неловко, и оказался по пояс в воде. Дракон был уже совсем близко, его дыхание, фигурально выражаясь, обжигало спину. И буквально – тоже! Жуткие челюсти клацнули в каком-нибудь дюйме от задницы. Печалька! Джим завизжал, барахтаясь во взбаламученной воде. Григорий оказался удачливей, он перемахнул на берег не замочив ног. Протянув Джиму ружьё, помог товарищу выбраться на твердую почву.

– Стреляй, стреляй! – толкнул Джим лесника.

– Бесполезно, картечь его не берет… Вот, сволочь!

Борт шитика треснул.