Узел судеб. Полусказка

Педантичная Рита уже на следующий день сочинила график дежурств, и самостоятельная жизнь началась. Девчата быстро сдружились и, вскоре, беззаботно делились съестными припасами, а также одеждой, ибо были одного сорок четвёртого размера.

Учёба навалилась на хрупкие девичьи плечи нешуточным грузом! Автор не знает точно, какие специальные предметы учат музыканты, но их (предметы эти) приходилось зубрить до самого отбоя. Плюс История КПСС, как же без неё?

По субботам Кира садилась в электричку и, с блаженным вздохом откинувшись на спинку жёсткой деревянной скамьи, мгновенно засыпала.

В Электронске её всегда встречал папа на Запорожце, ибо помимо портфеля с книгами и конспектами студентка обязательно везла домой тяжёлую авоську с продуктами. Докторская колбаса, швейцарский сыр, французские батоны, кофе в зёрнах и многое другое, что в Электронске можно было купить, скорее, редко, а кое-что – и никогда.

Несколько раз Кира встречала на улице Антона. Они вежливо здоровались, но попыток к сближению не делали. Антон стеснялся своего провала на экзаменах (дважды!) и не хотел слышать сочувственные речи.

Кира тоже не хотела смущать парня рассказами о своей студенческой жизни.

В начале декабря погода стояла чудесная, и Кира решила сходить на городской каток. Едва выкатившись на лёд, она увидела Антона с его товарищем Серёгой. Они не спеша катались по кругу и беседовали. Несмотря на воскресный день, народу было не очень много. Так, человек двадцать-тридцать. План интриги составился быстро! Кира изобразила несколько пируэтов, затем тройной тулуп, который слегка не довертела, затем, тщательно рассчитав траекторию, оттопырила левую ногу и заскользила на правой спиной вперёд… Бац! Столкнулась с Антоном, как и было задумано!

– Уй-я! – завопил тот, хватаясь за коленку, ушибленную коньком.

– Scusi!* – извинилась интриганка и застенчиво потупилась.

*извините – итал.

Антон разогнулся и перевёл дух.

– А, это ты… Смотреть надо, куда едешь, а то и до беды недалеко!

Кира промолчала, ожидая развития беседы.

Антон напрягся и неловко выдал:

– Как ты там, в Гнесинке? Ноты-то, учишь?

– Ага. А ты что поделываешь?

Потерев колено, Антон важно ответил:

– Я, однако, за Расщипахой приглядываю.

– О! И, как? Интересно?

– Ну!

Серега нетерпеливо дёрнул приятеля за куртку:

– Слышь, поехали, Филин, а то мы у людей на пути растопырились, как два тополя на Плющихе!

– Пока, Мыш! – попрощался Антон чёрствым голосом, скрывая нахлынувшую нежность.