Книга Илстар Апейрон

Меня позвал к себе хозяин судна, этот всеядный жировик. Вожу рукой по деревянному столбу и смотрю, уставившись, на гладкий бугорок, вздутый на дереве, словно пузырь. Ненавижу его, как саму себя. Эта уродливая кочка на моём пути…

… На пути мне встречается пруд. Раздеваюсь догола. Моя кожа приятна, моё гибкое тело тёплое. Беру себя за талию, и мои руки спускаются к бёдрам. Но так грязна. Моё перевязанное плечо болит. Окунаюсь в холодную воду и погружаюсь в неё, чтобы смыть всё с себя, всю соль и запёкшуюся кровь. Воспоминания не дают мне покоя.

У дерева стоит парень и говорит со мной. Не хочу его слышать.

– Хочу тебя, почему ты так холодна? – он ищет меня под водой. Медленно всплываю. В моих глазах отражён лунный свет. – Зачем ты делаешь мне больно?

– Не могу, не готова, – отвечаю сама себе, и у меня всё накатывается и бурлит внутри. – Иду в город, должна покончить с этим…

… У ворот большого города – города царя царей – к которому, наконец, пришла, меня останавливают стражники. Не даюсь им легко. Они наваливаются на меня и по-зверски избивают, сажают в клетку, а на площади продают в гарем к работорговцу на галере.

Здесь моя жизнь затухает и тускнеет. Мы попали в шторм, который, думаю, покончит с нами…

… Мне снится сон, как тону, погружаюcь в пучину. Ноги подкошены, тело изогнулоcь, и из груди плавно раcходитcя кровь. Но меня выносит на берег. Держу путь к горам с заснеженными вершинами. На склоне, толстый слой льда, как мне кажется, отражает знакомые и незнакомые мне лица. В пещере, покинутой древним племенем каннибалов, нахожу колдуна, холодного, как смерть, но он ещё дышит.

Его волосы примёрзли к коже, а тусклые глаза раскрываются, когда подхожу, и он с рычанием кидается на меня, но хватаю и держу его за горло. Он мякнет, и отпускаю. Он хрипит:

– Тебя забрали у меня, но ты вернулась.

– Папа. – Думаю, что он мой отец.

Мы живём вместе под заснеженными горами…

09. Стены

За окном идёт снег, еле видимый в темноте. На окне начали появляться ледяные узоры.

В комнате горит тусклый свет. Пишу новую картину о красивой, тёмной роковой женщине: она моя постмодернистская мечта, которую зову Лукава.

Живу один в студии и работаю только ночью. Поздно ночью, после трудоёмкой работы, в ванной комнате, позади моей длинноволосой нечёсаной физиономии с кругами под глазами, ясновижу тёмный образ в отражении зеркала. Но рядом со мной никого нет. Затем бездумно рисую странные картины карандашом, как будто кто-то водит моей рукой.