Книга Илстар Апейрон

Позади, на горизонте – столб чёрного дыма в безжалостном небе…

… За окраинным домом была чёрная калитка в заборе из переплетений железных ветвей. Ночь. Сгорбленная тень и вздохи. Скрепят двери, в окнах мелькают огоньки. В таверне гарь, люди пьют, на столах разбросаны монеты и разлита выпивка. Разглагольствуют про северную страну великанов, завоевательные и оборонительные войны в дальних землях и про чудеса, про расхождения вод.

На меня смотрят. Подхожу к хозяину за стойкой, чтобы снять комнату, но не решаюсь сдвинуться с места и спросить что-либо.

Мне страшно смотреть в другие глаза и не чувствовать ничего. Как будто вижу упрёки на себя со стороны неизвестных мне людей.

Один здоровяк подходит ко мне и говорит:

– Эй, красотка, хочешь хорошо провести время? – От него несёт хмелем. Пьяница пытался схватить меня, но увернулась. – Ну что молчишь? Давай развлечёмся!

Стою и смотрю, моя рука держит кинжал за пазухой, а сердце громко бьется. Краснею от негодования.

Хозяин щурится на мой лук со стрелами, cо страхом переводит взгляд на меня, и говорит с усмешкой, словно вопросительно: – Нечего тебе тут делать.

– Посмотрим… – цежу сквозь зубы в знак обиды на него, отворачиваюсь и медленно ухожу, бросая на них взгляд. Про себя даю обет, что первый из них, кто выйдет, будет наказан.

Голодна и устала. Горло пересохло, а небо безоблачно, давно закупорилось и не хочет лить дождей. Скоро рассвет. Сижу на крыше. Первый вышел из таверны, облачённый в тёмное одеяние, под которым поблескивали латы, не уберёгшие его от моей бесшумной стрелы.

Сдавленный крик в ночи…

Закрываю глаза и представляю себя в пустыне: одинокая стрела всё летит и летит, её наконечник зажигается под солнцем – горящая стрела продолжает полёт, не находящий себе цели. Только гиены стоят и смотрят голодными глазами.

Брожу по пустой рыночной площади. Тихо, как на кладбище. Только на кладбище лужи свежей крови со странными узорами, а здесь ни души, ни криков.

Мои стрелы тут никому не нужны. В моём сердце пустота и тяжесть. В голове продолжают сидеть голоса, но мне не привыкать к их боли. Только моменты тишины мучают меня. Заслужила смерть за грехи.

В переулке скрипнула дверь, и тёмная фигура меня манит. Старик закрывает передо мной дверь, и слышу его хрипящий голос:

– Уходи отсюда. Это проклятое место, чтоб его опаяло пламенем. – Он напоминает сумасшедшего с глубоко израненным сердцем.