Нейросити. Реванш

– Поразительно…

– Поразительно, что она всё ещё не достроена? – усмехнулся архитектор.

– Напротив, я удивлён тем, сколько вы успели сделать. Этот проект… подобных масштабов, признаюсь, я не видел нигде. Восхищаюсь вашим гением, – он вернул трубку хозяину и, взяв одну из бутылок, наполнил два бокала, стоящих на низком столике рядом с ним.

– Иногда я не представляю, как можно успеть закончить всё это при жизни, – признался Виктор, делая глоток, – А в другие дни перед глазами четкий план, видение десятилетий развития.

– Для подобного нужны весьма внушительные финансы, не так ли?

Паловский бросил быстрый взгляд на Годунова.

– Разумеется. Вы ведь читали ту статью от центральных инфосетей Союза?

– В котором вас обвиняли в растрате денег налогоплательщиков, и покровительстве преступным группировкам? Да, в свое время она произвела настоящий фурор среди корпов.

Виктор сдержанно рассмеялся.

– Той журналистке ещё повезло, что она не раскопала информацию об истинном положении дел.

– Удовлетворите моё любопытно – что вас спасло в тот раз?

– О, обычная случайность. Как раз тогда благодаря мне полиции удалось задержать нескольких жадных коррупционеров, и вернуть в казну Союза изрядное количество денег. Десяток шпионов, пара вместительных кредитных чипов – и вот отбросы продают друг друга, и выкладывают мне всё, что им известно.

Паловский снова затянулся, а затем отложил трубку. Его взгляд слегка затуманился, но голос оставался ровным, а движения – плавными.

– Надолго вы намерены задержаться здесь?

– Это зависит от исхода нашей встречи. Думаю, если консорциум корпораций не будет против передачи вашей доли моей семье – через несколько дней я вернусь на поверхность планеты.

– Уверен – сложностей не возникнет. В «Корабел» уже знают о том, что я расстался с их деньгами и нашёл нового инвестора, так что…

– Вы серьёзно?

– Абсолютно. Неужели вы думаете, что четыреста миллионов могут просто раствориться в сети?

– Нет, но…

– Вы ещё молоды, Пётр, и многого не знаете.

– Удивительная честность, – изумился Петя, вновь затягиваясь сладковатым дымом, – И удивительная сила духа. У вас, я имею ввиду.