Тессеракт

Он сперва этого даже не заметил, а заметив, не обратил особого внимания, и попытался продолжить движение ко мне. Вот, в том то и дело, что попытался! Нога его стремительно уходила под землю, и была уже не видно по колено. Чудище припало на одно колено, той ноги, которая была на свободе, и стало вытаскивать увязшую конечность. Но, не тут то было. Его лишь ещё больше затягивало в трещину, а обратно уже ни как. Вскоре, ногу затянуло полностью, а вместе с ней и руки пытающего вытянуть её чудища. На поверхности, в странной, неестественной позе, осталась только голова и часть спины.

Но вскоре, и эти части тела твари затянуло в подземельную трещину. На поверхность вырвался лёгкий красный дымок, и рык вперемешку с невнятным бульканьем.

И тут, как раз трещина добралась и до второго отродья. Оно непонимающе смотрело на трещину в земле, и тут же провалилось в неё, правда лишь по пояс. Руками-лапами цепляясь за поверхность, и оставляя на ней глубокие следы когтей, чудище медленно, но неумолимо затягивало под землю.

Через некоторое время, с полминуты, не больше, и от второго зловещего чудища не осталось ничего, кроме облачка красноватого дыма, да «прощального» рыка пополам с невнятным бульканьем.

Ещё через мгновенье, трещина в земле затянулась, и ржавый, ужасающий скрежет прекратился.

Я стоял, а к этому моменту я уже выбрался из кучи мусора и встал на ноги, в замешательстве. В принципе, я понимаю, что «глаголом жжём сердца людей», и всё такое.

Но это! Это не поддавалось никакому разумному объяснению. И было очень эффектно и круто.

– Ни хрена себе… – услышал я, – Вот это номер.

Это, несомненно, был голос Чиха, который не подавал признаков жизни с момента появления тварей.

– Эй, ребята, случилось чего? – я спросил, и внезапно понял, что общаюсь без использования голоса. То есть, проще говоря, передаю мысли. И слышу тоже не голос, а мысли, прямо в голове.

– Да нет, всё нормально, – Чих был явно чем-то взволнован, – Ты, главное, не переживай.

– Да я и не собираюсь! Что случилось то? – известно, что такие якобы успокоительные фразы, ни сколько не успокаивают, а наоборот, заставляют волноваться ещё больше.

– Да так, в сущности, пустяки, – вставил Пых.

– Эй вы, яйцеголовые! А ну хорош парню мозги пудрить! Давайте, говорите как есть, – это уже Афтонгил внёс свой веский аргумент. И было слышно, что словами он отнять не ограничился.