По ту сторону жизни

 – Отдай мне Малова, и ты избежишь все неприятности, которые я для тебя подготовила, даже не соприкоснувшись с ними. Не захочешь по-хорошему, то…

– Хорошо, Кузьма у меня, – глубоко вздохнув и резко выдохнув, сознался Азат. – Но-о-о… Для чего он тебе?

– А вот это не твоё дело, – поморщилась Маргарита.

– И всё же как ты прознала про него и… про меня тоже? – вкрадчиво поинтересовался Азат. – Он же…

– Я знаю всё, – сказала гостья, взглянув в бегающие глаза Мавлюдова. – Мне известно, как ты нашёл некого Антона Мартынова, признал в нём Кузьму Малова и объявил его «врагом народа»! Его арестовали, провели формальное следствие, но до суда дело не дошло, а обвиняемый Малов будто в воздухе растворился.

– Да, мне всё понятно, – кивнул удручённо головой Азат. – Этот запрос…

– Остальное про «исчезновение» Малова мне уже досказал здесь некто товарищ Гарин. Тебе хоть о чём-то говорит эта фамилия?

– Много о чём, – снова кивнул Азат.

– Об этом спросишь у него самого, – вздохнула Маргарита, вставая. – А сейчас веди меня к Малову. Живо!

– Но-о-о…

– Я же просила не злить меня, «товарищ Рахим»! Мои руки так и чешутся от желания оторвать тебе голову…

14

Когда Малов пришёл в себя, тела Алсу в палате уже не было. Мужчина в белом халате открыл дверь и невольно содрогнулся, увидев пациента.

– Я искренне жалею вас, – сказал он.

Кузьма лежал на кровати. Сделанная ему инъекция ещё продолжала действовать: он не чувствовал боли, но не мог ни сидеть, ни стоять.

– Где моя жена, доктор? – хриплым, срывающимся голосом произнёс он. – Куда вы её дели?

– Тело перенесли в морг, – вздохнул врач. – Через пару часов сделаем вскрытие, чтобы установить причину смерти.

– Нет, не надо вскрытия, – слабо запротестовал Кузьма. – Она умерла от отравления ядом.

– Увы, но мы обязаны сделать вскрытие, – пожал плечами врач.

– А где сейчас этот, как его, «товарищ Рахимов»? – спросил Кузьма, морщась от отвращения.

– Азат Гумарович? – переспросил доктор удивлённо. – А зачем он вам?

– Я хочу убить его, – сказал Кузьма, с трудом приподнимая огромные руки. – Я хочу задушить его… Я хочу… – он замолчал, так как из груди вырвались рыдания, а из глаз хлынули слёзы.