Зайтан-Бродяга

– В смысле чужой? – Михалыч бросил на пол окурок, раздавил носком ботинка.

– Ты же сам сказал – есть провожатый. –Пояснил Гринька. – Даже имя назвал.

– Когда? – Михалыч выпучил глаза. – Не было такого.

– Как это не было? Было-было. Чего мочишь, скажи ему Бродяга. – Гунька хлебнул кислой, закусил мясом.

– Да. Говорил. – Подтвердил я.

– И какое имя назвал? – Покусывая губу спросил Михалыч.

– Ты сказал. – Громко чавкая Гунька поглядел в потолок. – Ты сказал – Чёрт знает дорогу.

– Кто? – Михалыч растянул губы в доброй улыбке и потянулся к ножу.

– Ты чего? – Гунька отодвинул нож, спрятал за мясом. – Опять?

– Это не то что ты подумал. – Михалыч поднял руки и прокричал в сторону кухни. – Тащи брагу бездельник!

– Зачем? – Гунька осмотрел стол. Два огромных куска мяса, клубни белой в глиняной тарелке, банка пасты, тёртый сыр в деревянной посудине, три налитых до краёв кувшина кислой. И это, не считая тех с которых мы пьём.

– Водки много не бывает. – Поведал Михалыч не удосужившись объяснить, что оно такое – водка.

– А давай. – Тут же согласился Гунька, и мы выпили.

Гундосый принёс ещё кислой, мясо остыло подали горячий супчик. Болтали о жизни, про охотников, о жадности Хабибулы. Вспомнили Шваньку и её девиц. Говорили душевно, с пониманием. Вечер удался если бы Михалыч не заговорил о болоте.

– Вот что я тебе скажу Бродяга. – Михалыч отодвинул кувшин что бы лучше меня видеть.

– Пошли. – Без уговоров согласился захмелевший Гунька. – Да я с тобою хоть куда.

– Спасибо. – Поблагодарил Михалыч. – Но. – Михалыч закурил. – Извини друг, с тобою не пойду.

– Это почему же? – Гунька насупился.

– Дороги не знаешь.

– Согласен. – Гунька кивнул. – А кто знает?

– Он. – Палец указал в мою сторону. – Уговори Бродягу, озолочу.

– Тьфу на тебя. – Ответил Гринька. – Зачем мне золото? Ты патронов дай.

– Дам.

– Бродяга. – Позвал Гунька. – А пошли на болото. Он нам патронов даст.

– Сходить конечно можно. – Кислая ударила в голову, я осмелел. – Хорошо бы ещё знать куда? Болото большое.

– Куда тебе нужно? – Гунька потянулся через стол, стукнул своим кувшином о кувшин Михалыча.

– Там дерево. Бурьян во. – Михалыч поднял руки.

– Что здесь, что там, везде деревья. – Сообщил я. – И бурьян во. – Пришлось повторить всё как делал Михалыч.