На пороге великой смуты

Всё! Всё мне надоело и осточертело!

– Чем я могу вам помочь, госпожа?

– Да что ты можешь! – раздражённо бросила Жаклин. – Тебя, наверное, самого уже разыскивают семью собаками. Или ты всё ещё думаешь, что твоё непоявление в Самаре осталось незамеченным?

– Нет, я так не думаю, – вздохнув, признался Барков. – Но я считаю, что всё ещё много чего стою как мужчина, способный вас защитить!

– Я бы на твоём месте помолчала, «мужчина»! – окончательно разозлилась Жаклин. – По твоей милости сбежал этот негодяй Садык, сбежал Архип, сбежала девчонка.

Ох, попадись они мне сейчас в руки. Сама даже не знаю, что бы с ними сделала!

– Госпожа, – улыбнулся Барков, – зачем выдвигать против человека обвинения, заранее зная, что они безосновательны?

– Это ты так считаешь, а я нет! – отрезала она.

– Во-первых, узника из подвала освободил не я, а Нага, – начал перечислять Барков. – Я даже не имел понятия, что кто-то сидит на цепи в вашем доме. Да я и вообще ни сном ни духом не ведал, что под шляпным салоном находится подвал.

– А что во-вторых? – выкрикнула Жаклин, осушив бокал и наполняя его снова.

– Во-вторых, я не знаю, почему сбежала Ания, – ответил Барков. – Вы же с Нагой не посвятили меня до конца в свои планы.

– А Нага? Ты же запер его в подвале? Почему он смог выбраться из него?

– Здесь я признаю свою вину, но лишь частично!

– Частично?

– Именно так.

– Да ты с ума сошёл?!

– Может быть, и так, госпожа, – ухмыльнулся Барков. – Пока вы, одураченные своим же слугой, путешествовали вокруг городского кладбища, я сумел разгадать его козни, проследил за ним и запер его в подвале.

Но разве я мог предположить, что стенная перегородка между камерами столь непрочна? Вашему слуге оказалось достаточным кинжала, которым он за ночь сумел выдолбить в перегородке дыру, протиснуться через неё в покинутую Архипом камеру и спокойно выйти из неё через незапертую дверь! А теперь позвольте вас спросить, в чём же я виновен по вашему пониманию?

– Хорошо, я не права, простите меня, Александр Васильевич, – всхлипнула Жаклин.

 – Но почему мы всё ещё в Оренбурге? Что нас здесь держит?

– Бесподобный вопрос, госпожа, – ответил Барков. – Если хотите, то я кое-что поясню по данному поводу.

– Сделайте милость, Александр Васильевич.

Прежде чем удовлетворить любопытство Жаклин, он подошёл к столу и тоже налил вина в свой бокал.

– Так вот, – начал он, – скажу сразу, что вам бояться нечего, госпожа.