Здравствуй Ангел, здравствуй Бес

Ведь дело тут не в новомодных гаджетах, и не в стремлении быть на уровне развития технологий, а в том, что ты за человек.

Её сын рос совершенно не таким как все нормальные дети, и миссис Бэкстридж это знала.

Она была сильной и суровой женщиной, но открыть сыну глаза на его ненормальность она боялась больше всего на свете. Женщина боялась разрушить мир, который сама же и создала для себя и своего отпрыска.

Ещё после нескольких минут пререканий миссис Бэкстридж всё-таки сдалась на волю сына.

– Хорошо, хорошо, – сказала она уставшим голосом.

 – Я куплю тебе то, что ты просишь Миша. Только прекрати кричать и бить посуду. Весь приют слышит нашу ссору. Это не их дело, но всё-таки я прошу тебя впредь не устраивать таких истерик.

Радостный отпрыск засмеялся страшным пугающим смехом. Он кинулся на шею матери, и ещё какое-то время громко ржал. Затем отпустил мать, и громко топая своими ботинками по старым деревянным лестницам, побежал в свою комнату. Он всегда так делал. Нарочно, специально. Это меня жутко раздражало и долго мешало заснуть.

– Ну что там, Дони? – спросил меня Тим.

Они с братом вернулись в свои постели и сидели на них, закутавшись в одеяла.

Я обернулся к близнецам и, махнув рукой, сказал:

– Да, ничего необычного. Наш «любимчик» Миша выколотил из своей матери очередную прихоть.

Я медленно направился к своей кровати.

Рим и Тим с грустью посмотрели на меня. Они ничего не сказали, но я и без этого знал, о чём они оба подумали. К слову сказать, я подумал о том же.

Работать нам теперь предстояло вдвое больше.

Глава 2. Тётушка

Просыпались в «Приюте Надежды» всегда рано, независимо от дня недели, всегда в семь часов утра. Во всех комнатах, где жили воспитанники, были установлены специальные таймеры, которые каждое утро в одно и то же время срабатывали с отвратительно жутким грохотом больше напоминающим звон ложки в пустой кастрюле, только гораздо громче.

Этот звонок гремел до тех пор, пока не опустеет последняя кровать во всём приюте.

Затем он просто выключался, и так до следующего утра. Так начинался каждый день.

Проснувшись, мы направлялись в комнаты для умывания. Поскольку в приюте мальчики и девочки жили раздельно, то и умывальных комнат было тоже две. В «ракушке», так мы называли эти комнаты, было по два душа и по две раковины для умывания.

Миссис Бэкстридж экономила на всём, чём только могла. Я имею в виду воспитанников. Наша одежда была однотипной, сделанной из хлопка.