По нулям

Еще одной такой мелочью является тиканье настенных часов на стене по утрам. Сейчас его не было, и это насторожило меня. Я резко встал, и недоуменно уставился на стену, осознавая, что у не себя дома. Настенные часы не шли. Моя голова дико болела, я огляделся по сторонам и удивленно отметил, что нахожусь в больничной палате, где кроме нескольких кроватей и тумбочки, не было ничего – только белые обои. Я вспомнил, что Фукуа усыпил меня, и действие снотворного чувствовалось до сих пор. В глазах слегка двоилось, и картинка была нечеткой, что усиливало головную боль.

В этот момент открылась дверь, и в палату вошел мужчина, напомнивший мне коршуна. Он сильно шаркал ногами и стрелял глазами по сторонам, будто постоянно был настороже. Он крепко пожал мне руку и представился:

– Добро пожаловать в клинику, я доктор Мебиус. Здесь мы помогаем нашим пациентам обрести покой. Полагаю, вас сюда доставили ваши друзья?

– Друзья?! – возмущенно воскликнул я. – Нет, док, вы ошибаетесь! Меня привезли люди на черном джипе, так ведь? Вы успели увидеть номер? Срочно сообщите его мне, и я разошлю информацию во все полицейские участки.

– Я ничего не слышал о черном джипе, сэр – удивленно сказал Мебиус. – Мы нашли вас на пороге клиники, и подумали, что вам нужна помощь. Но мне жаль, что вам причинили вред. Здесь вы избавитесь от чувства тревоги, пойдемте. Я вам все покажу.

Мы вышли в коридор, и я окинул взглядом клинику. Все палаты были разного цвета, попадались желтые, фиолетовые и даже красные. Мебиус поспешил объяснить мне:

– Вы наверняка уже заметили, что в палатах часы стоят на месте.

Это своего рода психологический прием, позволяющий пациентам отрешиться от привычного ритма жизни, оказаться в том месте, где время не торопит их. Для каждого подбирается индивидуальный цвет, к которому человек наиболее расположен. Этот цвет мы выявляем на предварительных тестах, которого у вас не было и потому у вас белый- самый нейтральный из всех.

– Неужели кому-то может быть комфортно в палате с красными обоями? – спросил я.

Мебиус улыбнулся:

– Представьте себе, не все пациенты такие милые и спокойные, попадаются самые настоящие бунтари и бандиты, их такой цвет вполне устраивает.

– Но как долго длится ваше лечение?

– У каждого пациента по- разному, – отозвался Мебиус, подводя меня к большой кованой двери. – Кому-то требуется неделя, кому-то месяц, а кому-то несколько лет. Как только человек достигает душевного равновесия, мы выписываем его.