Падающий человек

Роберт удалился, пыхтя во все стороны. Джека насторожила встреча с советником Бешеного Пабло. Роберт был в семье неприкасаемой фигурой и являл собой уникальный случай, когда в семью приняли человека без итальянской крови. Роберт обладал врожденной способностью к математике, идеально знал юриспруденцию и был для Бешеного Пабло идеальной правой рукой. Когда Роберт вытащил одного из членов семьи прямо из тюремной камеры по сложнейшему делу по отмывке бюджета, Бешеный Пабло подсуетился и сделал так, что в родословной Роберта появилась итальянская бабушка.

Джек в семью никогда и не стремился. Он знал, что это многое давало, но также ко многому и обязывало. Они с Сэмом выросли на пыльных улицах Нью-Йорка и стали заниматься грязными делами только после трагичных событий в жизни каждого, чтобы поднять деньжат. У Джека на пожаре погибла мать, а брат Сэма, который за ним присматривал, пропал в каком-то локальном конфликте в Сирии. Они никогда не проникали внутрь всей этой итальянской мафиозной кухни, а были просто бандитами, которые очень хорошо делали свое дело.

– Вот ведь павлин, а, Джек? – крикнул ему крупье Монти из-за дальнего стола.

– Оставь свое мнение при себе, – улыбнулся ему Джек. – Тут серьезные вопросы обсуждаются. Раздавай карты.

– Как скажешь, – пожал плечами Монти и продолжил сдавать.

Джек осмотрелся по сторонам, и, оценив обстановку, решил, что сегодня его помощь в холле казино особо не требуется. Он уже собрался было уходить, как заметил подозрительно знакомого мужчину в черной кожаной куртке, который дергал рычаг на одном из автоматов.

– Эй, мистер!

Тот повернулся, и Джек застыл. В жизни бывают такие моменты, когда земля просто уходит из-под ног, и все перестает быть реальным. Это был тот самый момент. Шуршание карт стало особенно громким, игровые кости отбойным молотком гремели в мозгу, а скрежет рычагов напоминал лезвие опускающейся гильотины. За автоматом сидел дядя Фрэнк.

– Джек! Племянник, это ты?

– Дядя… – все еще недоверчиво начал Джек, и тут Фрэнк заключил его в свои медвежьи объятия. Воздух разом вышел из легких Джека и, отстранившись, он уставился на дядю Фрэнка.

– Где ты был? Я сто лет от тебе ничего не слышал с того раза, как мы ходили в парк развлечений. Мне было десять, а потом ты уехал.

– Да, это как в прошлой жизни было.