Крещенные кровью

 – Если люди стремились на «корабль» скопцов, чтобы выжить, то Иван Ильич оставался на нем, чтобы стать сильнее и богаче! Скопцы завещали свое имущество, и купец Сафронов обогащался! Вот как!

Аверьян едва удержался на ослабевших ногах.

– Ты хотишь сказать, што Ивашка богат немеряно?! – спросил он, бледнея.

– Да, – ответила Аннушка. – С его деньжищами… – она вдруг осеклась и замолчала, видимо, боясь сболтнуть лишнее.

Но Аверьяна не волновали несметные богатства лжепророка. Ему вдруг захотелось узнать как можно больше о нем самом и почему это он вдруг…

– Выходит, Иван оскоплял людей, себе подчинял, бошки им дурачил, а сам… – Аверьян вдруг посмотрел на девушку страшным, не обещающим ничего хорошего взглядом: – Постой, а для чево ты мне все энто порассказала, Анна?

– Захотела, чтобы знал ты, – призналась она, опуская глаза в пол.

– Кроме Ивашки еще неоскопленные в секте есть?

– Все оскопленные, кроме него.

– А кроме меня ешо хто знает об том, что ты мне поведала?

– Все знают, хто с нами из Тамбова прибыл.

– И не возмущаются?

– А кому это надобно – голос возвышать на руку дающую?

Аверьян, чтобы устоять на ногах, оперся на прилавок. Голова гудела, пот струился по лицу, язык прилип к нёбу. Он во все глаза смотрел на бледное лицо гостьи, пытаясь отыскать на нем хоть намек на подвох. Но как ни старался, так и не увидел и тени затаенной насмешки. Весь ее опустошенный вид говорил, как далека она от каких-либо шуток.

– Когда Иван Ильич тебя по дороге подобрал, – неожиданно прервала молчание Анна, – все уверены были, что не жилец ты.

– А я вот взял и выжил, – скрипнув зубами, прошептал злобно Аверьян.

– Иван Ильич всем сказал, что он сотворил чудо, – продолжила Анна. – Всех убедил, что если бы не оскопил тебя, то ты бы обязательно помер.

– Выходит, я ему еще и подыграл, – еще громче и злее проговорил Калачев. – Помощь Хоспода Бога истинного он записал на свой счет?

Анна всплеснула руками.

– Хосподи, Аверьян, ты только Ивану Ильичу о сеем не говори, – зашептала она взволнованно. До нее, видимо, только дошло, что она наговорила-таки лишнего. – Он… он…

– Ничево не скажу никому, не трясися, – заверил ее Аверьян.

Они помолчали.

– Мыслю, ты явилася предложить мне што-то? – спросил Аверьян, посмотрев на притихшую девушку. – Или мне сее почудилося?

Та кивнула.