В собственном кошмаре

Заяц пристально посмотрел на Лесли зелёными глазами.

– Удачи, девочка, – тихо сказал он, а затем исчез так же внезапно, как и появился.

– Стой, не уходи, у меня так много вопросов: куда мне идти, где взять оружие или вообще хоть что-нибудь?

Но вопросы были заданы тьме, всепоглощающей и неумолимой.

– Чертов заяц несёт какой-то бред, это же всего лишь сон, я скоро проснусь, и всё это исчезнет, как обычный кошмар.

На секунду Лесли задумалась: а что, если всё, что она услышала, – правда и ей придётся бродить в этом тёмном царстве, полном жутких существ, пытаясь найти выход.

– Нет, это полная чушь, этого не может быть, это обычный кошмарный сон, и ты скоро проснёшься, – продолжала она себя уверять. – А пока придётся посмотреть на это искажённое и до жути отвратное место, умереть-то я всё равно не могу, хуже точно не будет.

Исследуя тёмный коридор в поисках чего-нибудь, что могло пригодиться в её нелёгком приключении, она пыталась вспомнить хоть что-то из своей жизни, но не могла, будто её мозг сопротивлялся.

Она наткнулась на старую кладовую, однако, открыв её, девушка не увидела там то, чего ожидала. Вместо банок с соленьями из огурцов, помидоров и прочей ерунды, которую делала её бабушка, тут были банки с зелёной жижей, в которых плавали части тела того самого паука, человеческие зубы, головы собак и их внутренности.

– Да кто вообще на такое способен?! Поскорее бы я проснулась и забыла этот ужас.

Среди всего этого барахла, казалось, не было ничего полезного.

«Что он здесь делает и кому принадлежал? – спросила Лесли у себя в голове. – Возьму, вдруг пригодится на случай, если слова сумасшедшего зайца окажутся правдой».

Она шла по коридору подвала около двух часов в кромешной тьме, пока не споткнулась обо что-то большое. Лесли присмотрелась и увидела человеческое тело, всё изуродованное и искусанное, вероятно, огромным пауком.

– Это ведь могла быть я, – тихо произнесла девушка.

Лесли продолжила путь во тьме, не видя ничего дальше своих вытянутых рук, пока не попала в круглую комнату, где горели четыре факела. В комнате жутко воняло. Она была увешена частями паука на крюках. В конце комнаты стояло три стола, каждый из которых был в чёрной крови, а на больших досках были внутренности паука. По углам комнаты стояли большие клетки накрытые испачканной в крови тканью.