Страсти Тьмы

Потом ее взгляд скользнул по Феликсу и остановился на кресле. Она встала на землю и подошла к нему. Софи положила свою маленькую ладошку ему на колено.

– Не чувствуешь? – раздался ее детский нежный голосок.

– Да, Софи, не чувствую…

Потом он прикоснулась к его руке. Ее ладонь оказалась очень теплой.

– Дениска пропал, – произнесла она.

– Ты знаешь, что с ним произошло?

И Софи посмотрела на маяк.

Феликсу показалось это странным, ведь он исчез в Тисовом лесу.

– Вы договорились встретиться у Соленого пруда, верно? – спросила осторожно Магдалина.

Софи кивнула и села в шину.

– Его там уже нет, – ответила она, – теперь Дениска в другом месте.

– Где же он?

Но Софи не ответила.

– Вы дружили? – спросил Феликс.

Софи вновь кивнула.

– Он приходит ко мне во снах, – добавила она, – и я вижу его иногда…

– Видишь? Где?

– В лесу. Он ходит там.

– Как?

Софи посмотрела ему прямо в глаза и ответила:

– В виде призрака.

Феликс решил, что не станет долго мучить девочку расспросами, а потому Магдалина просто подарила Софи свою книгу, и они ушли.

* * *

Феликс проснулся от того, что почувствовал жгучую боль в ногах.

Он сел в кровати, и боль ушла. Его это напугало так сильно, что еще никогда не пугало до этого.

– Что случилось? – Магдалина тоже проснулась.

Он какое-то время еще не мог собраться с мыслями. Показалось ли ему это все или приснилось?

Или… эта боль была взаправду?..

– Дурной сон, – избавился он от долгих объяснений.

– Тебе нужно попить?

– Не надо. Порядок.

А потом раздался протяжный зловещий волчий вой.

– Проклятье!

Феликс подполз на руках к окну, что было в стене, у которой он спал. Он одернул шторку и всмотрелся во тьму.

– Что там? – сглотнула Магдалина.

– Не знаю… ничего не вижу…

– Надеюсь, ты не хочешь выйти и проверить…

– Не сегодня. Мы должны выспаться.

И если бы Феликс задержал свой взгляд на улице еще ненадолго, то увидел бы, как Нестор Аркадьевич в темном плаще покидает свой дом, озирается по сторонам и скрывается в ночи, избегая света фонаря.

Глава 10

После долгого и томительного ожидания под дверью, украшенной резьбой, от которой у Феликса начало рябить в глазах, им наконец открыли.

На пороге появился смазливый молодой человек, возможно, ровесник Лира. Гладко причесанный, он едва не напоминал самого Адольфа Гитлера. Худое лицо, лишенное всякого намека на щетину и морщинки.