Безликие Боги и Падшие сны. Книга 3

Нечего его учить!

– Так в чем же?

Лилит перевела дух и ответила, сдержанно:

– Думаешь, ты сидел бы сейчас здесь, если бы я издевалась над врагами прежде, чем их убить? Думаешь, я бы убила Леонардо, если бы потешалась над ним, пока он испускал дух? Думаешь, я бы смогла долго мучить твоего дядю, пока его болезнь не обострилась, и он не умер? Думаешь, ты бы вернулся сюда, если бы я не убила этого щенка Натана, брата Эда, дружка твоей Алисы? Если бы я не умела убивать сразу, без промедлений и лишних копаний… ты бы не правил миром.

Он скрестил руки на груди и задумался.

– Ты права,– наконец изрек он.

На лице Лилит появилась победоносная улыбка.

– Но сейчас положение вещей совсем иное!

Улыбка исчезла.

– Положение вещей?– Лилит переспросила.– О чем это ты?

– Я правлю миром, мама! Вся власть в моем распоряжении! Я могу позволить себе…

Она уже договаривала в мыслях за него: «играть сколько влезет».

Но сама перебила:

– В этом-то все и дело, сынок! В этом-то все и дело! У нас есть еще враги, и они сидят в нашей тени! Понимаешь? Да, мы добились власти, быстро и точно уничтожая наших врагов, но с помощью этого правила власть и удерживается.

– Удерживается?

– Да! Недостаточно просто захватить власть. Это плевое дело. Ты же сам знаешь, что большинство должностных лиц назначаются и избираются, а потому нужно всего лишь приставить ножи к шеям нескольких людей, другим положить денег в карман – и дело в шляпе! Заполучить власть ничего не стоит.

Он внимательно посмотрел на мать.

– И что ты предлагаешь?– спросил Кристиан.

– Убить Алису. Убить ее как можно быстрей. Ты не должен испытывать к ней… интереса.

– Дело не в этом! Просто…

Он отводит взгляд, а она пытается найти его.

– Так в чем?

– Она – моя сестра.

Лилит посмотрела на сына, как на наивного младенца.

– И что с того, Кристиан? Твой дядя был моим братом, и я его убила. У меня была сестра, родная, мать Алисы, я с легкостью уничтожила ее, когда она убила тебя. Мальчик мой, на войне родственные узы не имеют значения. Когда члены семьи становятся врагами, они должны вести себя друг с другом, как с врагами, а не как с теми, с кем надеются помириться в дальнейшем.