Липовый барон

Юдус даёт разрешение на дополнительную нашу страховку. Одно дело наехать на бастарда и его сопровождающего в сюрко с доменом отца, и совсем другое – нарваться на исполняющего обязанности слугу короля. Тут сюрко короля всё равно, что ментовская корочка: от крупных проблем не спасёт, но по мелочи придраться сложно.

Уже потом, через два дня, я узнал от Лысого – дурака, но полезного – историю Юдуса. Четвёртый сын рыцаря, лет десять и больше служит. Отца, сестёр и двух старших братьев убил в переделе собственности какой-то барон.

Отнял усадьбу и деревеньку, принадлежащую главе их рода, и стал сдавать их в аренду. Третий сын пошёл под вассалитет убийцы и стал арендатором некогда имущества его семьи.

Так-то и его можно понять. Вариантов нет. Выжить бы. А так фикция правления и сытое место вместо постоянных судебных тяжб или партизанской борьбы. Третьему и так не судьба было наследовать, а тут ему фортануло.

Однако четвёртый сын предательство этого брата не простил. Юдуса не тронули, но и он ничего не забыл.

Просто изменить ничего не может. Один в поле не воин. Помогая мне инфой, он мстит подобным, кто взял на меч его отца.

– А как же король? – все, что я смог выдавить из себя.

– А при чём тут король? – начал сворачивать разговор кор. – Про дуэли, надеюсь, напоминать не надо?

В другое время я счёл бы это за наезд на меня, но тут другой смысл. Юдус даёт подсказку: пока мы в сюрко, правила вызова на дуэль на нас не распространяются.

Понятно! Значит, уже бретёры ищут с нами встречи.

Только совсем отмороженные или те, кому заплатили особо много, рискнут навлечь на себя административный гнев. Основной удар, наверное, будет не через дворянство, а через ночных работяг, с которых взятки гладки.

– Доспехи, я смотрю, полируешь, – свернул разговор Юдус. – Про оруженосца помнишь?

А это он сейчас к чему?! Пока я гадал о том, что десятник хотел сказать, он плюнул в очаг камина и пошёл на проверку караула.

– Ты понял? – мрачно спросил меня Антеро, когда начальник вышел.

– Угу, – буркнул я, хотя ничего про оруженосца не понял. Вечером, без лишних ушей Лысого, переспрошу у него, в чём смысл этих слов десятника.

– Началось, – коротко подытожил разговор мой отморозок.

* * *

Утро у меня не задалось. Нет, вы не подумайте, я трезв и вчера не очень много пил: кружка или две пива – это не очень много. Но утро не задалось.

С утра шею как-то странно кололо, резко и пронзительно. От этих уколов я, собственно, и проснулся.