Липовый барон

Молодой привычно уходит, разрывает дистанцию; точнее, пытается это сделать, но старый и не думает заваливаться. Схватился рукой за лезвие каролинга и глубже в себя загнал клинок, не дал вытащить меч из своего тела. Шаг вперёд, ещё один маленький шажок. Пробитое лёгкое даёт о себе знать, но старик не так прост. Тесак выпал ещё при сближении, но у деда остались ладони.

Запястье в переносицу бретёру, шокированному живучестью старика. Сил у старого не хватило вбить кость переносицы в мозг, хотя там и сил-то немного надо, но он уже терял сознание.

Молодой на время потерял ориентацию. Кинжал в дряхлой, слабеющей руке добил противника. Удар под челюсть, кончик клинка пробил гортань.

Два трупа. Мужчина умер почти сразу, раньше, чем старик.

Дед недолго жил. Он ещё хрипел и отплёвывал кровь с губ. Бредил, шептал в гробовой тишине, что он – медведь, которого убил, и который полз по рогатине. Вот так перед смертью его пробрало.

Хорошая смерть. Честная.

Кто-то может сейчас заявить: «В чём тут честность?! В чём красота?!»

Да идите вы! Что вы понимаете?! Красота – это не только ажурные чулки на изящной женской ножке.

Есть высшая красота и высшая справедливость. И вам, наверное, это уже не понять. Посмотрите, что ли, в глаза смерти не с передоза или нелепости вроде автомобильной аварии. Сходите осознанно на заведомую смерть: ну там, на медведя с рогатиной, пусть даже будет подстраховка с двустволкой, или в горячую точку съездите вместо курорта.

Скажу просто: я понял. Я увидел старика. Он прекрасен.

* * *

– Поедем, – шептал мой отморозок. – Тут не на что больше смотреть.

Именно шептал. Стояла гробовая тишина, зрители отходили от поединка. Единственные звуки в этой тишине были от какой-то бабёнки, что с трудом сдавливала свои завывания. Всё зло от баб. В Небесах не зевай, улетишь на небеса. Уверен, что старик умер из-за неё. Мёртвый романтик – это и смешно, и грустно.

– Погоди, – шепчу я в ответ Антеро. – Посмотри.

Посмотреть было на что. Баба лет тридцати ползала по земле рядом со стариком. Именно по земле, тут Небеса, а не Твердь.

Она что-то выла, подавляя звуки. Рядом стояли три типа и не мешали ей, но по ним видно было, что они не с ней.

– Ты как? – спросил я.

– Не стоит, – покачал головой Антеро. – Не наши проблемы.

– Я пойду. А ты?

– Зря! Ну ладно.

Не одобряет мои будущие действия мой отморозок.