Магия абстракций

Старый друг с острова оставил комментарий, что выгляжу я как шлюха из рекламы «Азино три топора». Как можно помнить такой древний треш? Я не могу быть шлюхой даже по той причине, что ненавижу колготки в сетку.

В чужом городе я бы окончательно сошла с ума, если бы изредко не выкладывала фотки в инсту – хоть так почувствовать, что живу какую-то жизнь, а не только прячусь. Каждый раз очень тревожно, но продолжаю это делать, ведь сейчас нет рядом ни друга, ни знакомого.

Иду с работы домой. Закатное солнце почти не греет, но жар от асфальта, накопленный за невероятно долгий световой день, поднимается сквозь одежду и выпадает обильными осадками по телу.

Вспоминаю чудесный прохладный октябрь на Канонерке. Я стояла на берегу Финского залива недалеко от ЗСД. Вместо плавящего московского жара под одежду проникал прохладный ветер, сырой осенний воздух гнал свежую бодрость от кончиков пальцев до самого сердца.

Так это и происходит – любое впечатление может запустить серию воспоминаний о Канонерке. Многие скажут, что после строительства ЗСД остров стал отвратительным. Но основная часть местных считает по-другому. На Канонерке много прекрасного, недоступного чужому взгляду. Я очень любила остров. Люблю до сих пор, но вряд ли больше увижу.

Теперь вспоминаю бабушку. Её убили два с половиной года назад. Наверное, поэтому я не могла там оставаться.

Я неосознанно ускоряю шаг. При этом потею ещё сильнее, но уже не чувствую липкого платья и капелек, скатившихся до самых бёдер. Длинная прямая улица наконец завершается, я поворачиваю направо, через два дома снова направо, во двор, захожу в подъезд, забегаю в лифт (который, слава богу, ждёт внизу). Номера этажей в лифте сменяются невероятно медленно. Наконец цифра пятнадцать.

Влетаю в квартиру и падаю лицом в кровать. Меня укрывает желанное расслабление. Ум и тело не шевелятся. По ощущениям проходит минут десять, но когда отхожу от «комы» и беру телефон, оказывается, что прошло около полутора часов. Жуть! Плюхаюсь лицом обратно в покрывало. И тут снова ударяют воспоминания – перед глазами прохладный берег Финского залива, я стою на камнях, пальто расстёгнуто, голое тело под свободным свитером колят иголки проникающего ветра.