Огонь священной войны

А если среди этого мусора сидит голая девка – это уже перфоманс.

Около такой обнаженной фемины, уютно пристроившейся в обнимку с приколоченным к фанерному листу писсуаром, я и застыл в задумчивости. За этим занятием меня застал Куратор.

– Любуешься? – спросил он.

– Недоумеваю. Почему нам было не встретиться в приличном заведении типа стриптиз-бара?

– Нужно же тебя встряхнуть.

Мы прошли мимо алюминиевого бака с надписью «Срань Господняя».

– М-да, с ликвидацией карательной психиатрии российская интеллигенция лишилась квалифицированной медицинской помощи… Все равно не понимаю – зачем все это? – обвел я рукой зал.

– Зачем искусство заменили на эпатаж?

– Именно.

– Из мира уходит гармония… Лавинообразно растет накопленная цивилизацией информация. А взамен уходит красота.

– Просто победили гнусные извращенцы, – я кивнул на очередной шедевр – фотографию балерины, пьющей из унитаза. – И это кому-то выгодно.

– Эстетическая трансформация цивилизации направляется теми, кто считает человечество за стадо, а себя определили пастухами.

– За версту видать старого чекиста, который даже в картинной галерее найдет мировой заговор.

– Найдем, – кивнул Куратор. – Кстати, благодарность тебе от командования за Гремлина. Похоже, он действительно имеет отношение к «правдолюбам»…

– Всенепременно имеет.

– Все-таки ты везучий черт. Мои ребята сейчас работают по его связям. Может, отыщем и его самого.

– Хоть на что-то я сгодился.

– Мы тоже не лаптем щи хлебаем, – он протянул мне небольшую флешку.

– Вот это новость.

– Таисия Лопарева. Это не его зазноба и не родственница. Дальняя связь его покойной матери.

– И он пошел к ней в минуту опасности.

– Решил, наверное, что так будет надежнее. Никто не отследит связь… Нам ее взять в оборот, или сам справишься?

– Сам, – недолго думая, определился я.

– Группа обеспечения и прикрытия нужна?

– Обойдусь.

– На флешке все данные на нее.

Глава 11

Врач высшей категории

– Ну что за вашу мать, – в сердцах воскликнул я, когда длинная железная змея застыла на неопределенное время, не пуская никого за кольцевую дорогу.

Железные кони затоптали все живое в городе Москве. Сожрали зеленые насаждения, дворы, загрязнили воздух. Они перекрыли город, делая движение по нему невозможным. Личная машина – это фетиш. Это престиж, статус. Понты, наконец. И мечта.