Огонь священной войны

Все просто, вы заключаете честную сделку – вкладываете некоторую сумму в курс совершенствования личности, взамен получаете набор навыков и умений, которые позволят вам занять более высокое положение в обществе, повысить доходы, тем самым компенсировав расходы, и уйти далеко в плюс. Был ты тихим хомяком. После курса ты исключительный, ты хозяин судьбы. И гребешь деньги лопатой. Фетиш – деньги, остальное все приложение к ним.

Мерно вышагивая по сцене, Ахманов трындел, как заведенный, часа полтора. Расписывал блистающие перспективы в стиле Остапа Бендера – Москва станет Нью-Васюками, а Нью-Васюки Москвой.

После этого сжато изложил прейскурант и быстренько свинтил, оставив всю толпу на сухую как вобла ассистентку в строгом темно-синем деловом костюме.

Мы устремились за ним в коридор. Настигли его около кабинета с массивной бронзовой вывеской, извещавшей, что здесь обитает сам Багир Ахманов, директор клуба «Инсайт».

– Нам бы переговорить, Багир Абдулатипович, – произнес я.

– Насчет записи к Светлане Евгеньевне, – дежурно улыбнувшись с отсутствующим видом, сигнализирующем – шли бы вы все, произнес Ахманов и толкнул дверь кабинета.

– Мы сами кого хочешь запишем, – я подхватил Ахманова под локоть и помахал перед его носом полицейским удостоверением полиции. – Поговорим?

Глаза руководителя клуба воровато забегали, севшим голосом он произнес:

– Попрошу в мой кабинет.

Кабинет был обставлен по-цыгански богато – шелковые портьеры, расписанный под золото потолок, стулья и секретер с бронзовой окантовкой, стол, заставленный блестящими и бесполезными финтифлюшками типа чернильного прибора, массивные фолианты в кожаных переплетах с золотым тиснением.

Судя про всему дела у шараги шли неплохо, если ее хозяин мог позволить себе такой интерьер. С другой стороны – понты дороже денег.

– Чем обязан? – спросил Ахманов, усаживаясь в массивное кресло в стиле ампир по главе стола.

– Многим, – усмехнулся Роб. – Для начала, чем вы здесь занимаетесь?

– Мягкой психологической реабилитацией граждан, находящихся в состоянии психологического стресса, – четко оттарабанил четко Ахманов.

 – Вид деятельности прописан в соответствующих учетных и регистрационных документах, которые я могу вам представить.

– Ах, в документах, – кивнул Робин.

Ахманов сглотнул, поджав недовольно губы, и тут же бросился в бой:

– Если у вас есть ко мне вопросы в рамках ваших полномочий, я готов ответить на них в присутствии адвоката.

Такие заявления надо давить нещадно.