Мятежный регион

Могли ведь оперативники и следователи копать дальше и глубже, и тогда, наверное, половина населения республики оказалась бы подтянутой к каким-либо преступлениям и делам. В общем, сажай всех. Можно было бы допросить каждого беженца о притеснениях и преступлениях, забить обвиняемыми в геноциде все тюрьмы. Пошли мы тогда по другому пути. Сняли то, что на поверхности было, перебили и пересажали самых одиозных бандитов. Остальных простили. Позже некоторые бывшие боевики вообще попадут на службу в органы внутренних дел Чечни, некоторые прославятся не только наведением порядка у себя дома, но и разборками и рейдерством на территории Большой России.

Да, многих не только простили, но и должности дали. Правильно сделали? Я однозначно тогда считал, что надо было давить жёстче и круче, заставить оплатить кровью слезы тысяч загубленных жизней русских мирных жителей, засады на федералов, обстрелы, фугасы. Но потом, глядя на успокоенный Северный Кавказ (не совсем, но с тем, что было – никакого сравнения) пойму, что Путин, скорее всего, выбрал оптимальную линию.

Но это будущее. А пока что сидят сепаратисты и им сочувствующие у нас в камерах и не квакают. Проверяем их на причастность к убийствам и терактам. Некоторые примеряются вполне себе нормально. Отпустить их – это выдать билет в горы и ждать, когда они выкопают автомат и положат очередного солдатика. Поэтому выход у нас один – везти всю эту шоблу в глухой лес.

– Ну и сколько по времени в лесу наших бандитов от этих врачей прятать? – спрашивает начальник МОБ.

– А пока это воронье не улетит, – говорит начальник ВОВД – Хоть неделю.

– Только хоть еду подгоняйте.

– Будет вам еда…

Конечно, мороки много от этих международных общественных организаций. Они все работают на западные спецслужбы и все заинтересованы в одном – раздуть пожар на Кавказе. Они такие активные и в Сербии были, и в Афганистане. Пройдет несколько лет – и всей толпой повалят в Сирию.

Но никого в лес нам тогда вывозить не приходится. Врачи без границ находят себе какую-то другую жертву, более лакомую, и отправляются в Наурский район.

После этого стресса работа у нас входит в привычную колею. Вон, бумаги надо выправлять. Ещё у пары боевиков пятнадцать суток кончаются. И надо срочно прикинуть, какими они матерными словами покроют сотрудников, выходя из здания ВОВД.