Бои космического значения

В десять утра встреча в классе эскадрильи. Для непонятливых уточняю – мы теперь пятая эскадрилья первого дивизиона прикрытия… Р-разойдись!

После этого он подошел к Корвену и хлопнул его по плечу.

– Ну, напарничек, наведем мерканам шороху?!

– Так точно.

– Уж точно так… Пошли, переговорим накоротке.

Все разошлись. А я стоял как вкопанный.

Капитан Талана Алыптен неторопливо, заткнув большие пальцы за пояс подошла ко мне. Обошла, разглядывая, как предмет, назначение которого она представляет себе не совсем ясно и который по чьему-то капризу предстоит приспособить хоть к какому-нибудь полезному делу, да вот только жалость, что ни на что путное он не годен.

Выпускник Галахварской летной школы, – куда-то в пространство произнесла она.

– Так точно, – воскликнул я.

– Знаешь свою главную задачу?

– Управление системами вооружения тяжелого штурмового истребителя «Альбатрос».

– Главная твоя задача – не лезть под руку в бою.

– Так точно, содруг капитан.

Я чувствовал себя неуютно – как солдат-наземник под обстрелом тяжелой артиллерии.

Она остановилась напротив меня. И я смог рассмотреть ее внимательнее. Невысокая, возраст определить трудно, движения плавные. Лицо круглое, с прямым носом… Впрочем, не так это и важно. Лицо как лицо. Волосы очень короткие, не ухватишь, хотя устав не ограничивает женщин в длине прически. Женщина… О чем я? Какая женщина?! Это капитан космофлота второго класса! СС! Суперстерва!

Она снова обошла меня. Сколько это могло продолжаться? Ночь на корабле.

Тягучая процедура знакомства, а точнее моего изучения, должна была наконец закончиться. Я мечтал повалиться сейчас в постель.

– Не выспались, лейтенант? – жестяным голосом осведомилась она.

– Я в порядке, содруг капитан.

– Вот и отлично. Тогда – в тренингзал.

– «Камера пыток», – усмехнулся я и тут же прикусил язык.

Она посмотрела на меня вопросительно. И, расставляя четко ударения, выдала следующее:

– Лейтенант, на первый раз делаю вам замечание.

В другой – будете наказаны.

– Есть, содруг капитан.

Глава третья

ГИБЕЛЬ В «КАРТОННОЙ КОРОБКЕ»

Перегрузка вдавила меня в противоперегрузочное кресло. Но ни элластонити, ни гравинейтрализаторы не могли помочь. Тяжесть готова была раздавить меня.

В глазах померкло, а потом заплясали яркие искры. Казалось, сейчас моя голова в контактном шлеме просто лопнет и разлетится на куски. Я с трудом вздохнул, перевел дыхание.