Ты

]

– Слушай, – перебил я её, – может, поговорим о чём-нибудь действительно хорошем?

– Да-да, конечно, – Бека встряхнула головой, видимо, пытаясь вытряхнуть оттуда мысли об усопшем. – Так, как же прошла моя неделя?..

Тут начался долгий диалог о том, кто как живёт, кто чем занимается, какую слушает музыку, какие фильмы смотрит, какие книги читает и так далее. Я, пожалуй, не буду это всё тут пересказывать. Скажу только, что интересы Беки во многом совпадают с моими. И если бы в моём животе не было столько кислоты, там бы даже появились бабочки.

В общем, общались мы довольно мило. Но в какой-то момент я понял, что вся еда уже съедена, а всё, что осталось от кофе, Бека уже слизнула со своих губ. Тогда до меня дошло – скоро надо будет просить счёт, так что необходимо резко вставать на сторону своей собеседницы и начинать ещё больше к ней подмазываться.

– Знаешь, я тут подумал и решил, что ошибался по поводу прекрасного, – вымолвил я, задумчиво глядя в окно.

– Да, давай, – недоверчиво прищурившись ответила Бека и крикнула проходящему мимо официанту. – Счёт, пожалуйста.

Нам принесли чек. Вот тут началась самая трудная часть – заставить Беку заплатить, при этом не упав в её глазах. Я стал шарить по карманам, как можно более живо и естественно пытаясь изобразить растерянность и удивление. Потом вдруг резко взглянул Беки прямо в глаза и сказал:

– Слушай, вот я балда, а! Кошелёк забыл дома! Знаю, звучит глупо, но это, правда, так.

– Так зачем? Проще же на карту скинуть по номеру телефона, – предательски точно подметила Бека.

– Так у меня э-э-э, нет карты… – попытался выпутаться я.

– Что, совсем?

Я развёл руками. Мгновение неловкой паузы. Бека звонко засмеялась. Только сейчас я понимаю, насколько комично смотрелась тогда моя актёрская игра.

– Вот змеюка, – добродушно улыбнулась Бека. – Решил за мой счёт живот набить? Ты бы хоть честно в этом признался. Кавалер двадцать первого века, – она рассмеялась, а затем добавила: – Ладно, хорошо, я заплачу. Кто-то же должен это сделать, верно?

Она положила деньги в тонкую кожаную книжицу, которую тут же унёс официант. Бека молча сидела, смотрела на меня и ехидно улыбалась. Мы дождались сдачи и вышли на улицу.