Мастер Лжи

Оранжевые? Впрочем, у жителей я успел заметить разные цвета радужки: от простых серых до ярко-фиолетовых. Лёгкий пушок под губой…

Так, а вот это безобразие надо убрать.

Я попросил принести бритву-опаску. Навряд ли тут пользовались станками и вообще знали, что это такое. Я уже понял – мир вокруг совсем другой. Это не Российская Империя.

Аккуратно я сбрил эту мотню и удовлетворённо посмотрел в зеркало. Бытовой химией, кроме обычного мыла, тут и не пахло. Сойдёт. Мне часто выпадал случай в походах бриться мечом, так что не сахарный, не растаю.

Больше всего смущала та сила, с которой второй офицер поднял меня вверх тормашками. Я специально не выдал удивления и не допытывался у окружающих об этом феномене.

Но вопрос-то остался. Мне нужен гид, а ещё закупиться необходимыми вещами. В здешней дыре всё было такого хренового качества, что я приобрёл лишь пару ножей и затычку в виде заточенной железной палки, назвать которую мечом язык не повернётся. Кузнец шарил больше по бытовой части – гвоздики там, обод колеса починить.

Придётся ехать в город.

Если честно, как перешёл на руководящую должность несколько лет назад, за меч нечасто приходилось браться. Всё больше раздавать приказания, но спарринги в тренировочном зале продолжал проводить. Однако это не то же самое, что боевая ситуация.

Задача командира несколько другая. В общем, как меня кинули с должностью и вступлением в род, то отобрали и все регалии. В том числе и право носить холодное оружие. У нас с этим всё строго… Было?

Ладно, начнём пользоваться тем, что есть.

Быстро вытершись, я покинул этот барак и пошёл искать извозчика. Просто покупать лошадь смысла не видел – да и расценки кусались. Процентов восемьдесят от всех моих запасов – ну его на фиг. Что потом с этим конём делать, жрать его в овраге с голоду?

К слову о валюте. Позолоченные монетки назывались арканумы. Услышал это название, когда расплачивался за товары. Цифры были привычными арабскими, что значительно облегчало акклиматизацию.

У меня на руках двести арканумов. Вообще, было стойкое чувство, что все вокруг сейчас играют свои роли и первичная задача провинциального городка – облапошить маменькиного сынка. То бишь, меня.

«Извини, дружище, – сказал я, зыркая на витрину местного магазинчика, – но пока что ты так и выглядишь».

Заметил, что моя причёска выделялась.