Андервуд. Том 2

Кроме…

– Ты, да ты здоровяк, давай иди сюда, – холодно сказал Саймон.

Ник с Гансом стояли позади на почтительном расстоянии, а всех кандидатов кое-как умудрились вместить во внутреннем дворике. Точнее, первые пятьдесят человек. Остальные ждали снаружи.

– Я сказал что-то смешное? – спросил он ухмыляющегося верзилу – такие непригодны для военной службы, но приспособились щипать приграничные зоны, либо сколачивались в банды, терроризируя окраины Андервуда.

– Нет, но просто вы такой серьёзный, – глупо хохотнул весельчак, – школа, туда-сюда.

Позади заулыбались его дружки и часть одиночных кандидатов. Скорее нервно, чем из-за шутки. Саймон подождал, пока он закончит ржать.

– И-и, ой не могу, школа бо-боевых искусств, – этот лоб пошёл на второй заход со своим ржачем, но тренеру надоело всё это и он просто сказал.

– Может, ты хотел поучаствовать в учебном бою?

Тот распрямился, и Нику показалось, что в его глазах промелькнул испуг.

– Это отнимет много времени, не хочу задерживать очередь, – выкрутился детина, но Саймона было уже не остановить. Задета его святая святых – любовно выстроенная отшельническая обитель.

– Выходи, не бойся. Ладно, не бой, просто приём один покажу – я научился ему у мудрого мастера.

Ник подумал, что этот елейный тон не к добру, но не смел встревать.

– Ну, раз только приём, то можно, – почесал голову мужик.

– Я медленно покажу. Вы сможете рассмотреть, – учитель показал рукой, куда встать и все потянулись вперёд, словно маленькие дети к голубым экранам. – Внимательно следите за руками, – он поднял ладонь, будто что-то держал в ней, потом сжал её в кулак и приблизил к груди недальновидного кандидата. – Смотрите на мою руку, – он даже специально показал на кулак пальцем. – Сейчас будет удар с самой короткой дистанции.

После этих слов «манекен» сенсея поджал живот, напряг мышцы пресса и широко расставил ноги, чтобы не упасть. Про силу Саймона тоже ходили легенды.

Однако всё оказалось прозаичней. Детина просто получил удар по яйцам и упал. А затем огненный луч из руки учителя года чуть не сжёг ногу несчастного. Тот каким-то нутром почуял, что надо ползти, бежать, что угодно делать, лишь бы спастись.