Порок

«Как будто ничего не произошло!» – раздраженно подумал Евгений. Они обменялись приветствиями.

– Как дела? – растерянно спросил Евгений.

– Ау тебя? – ответила она вопросом на вопрос.

– Как видишь, нормально.

– Ты куда делся, я тебя обыскалась повсюду, – подвела она Евгения к злободневной теме.

– Поехал домой! Это у тебя надо спросить, почему я так поступил.

– Извини, не знаю, что ты там подумал, но в тот вечер именно ты был неправ, – неожиданно для Евгения выпалила Татьяна.

«Вот сука! – второй раз за день выругался про себя Евгений.

– Это я был неправ, когда застал тебя целующейся с каким-то чуваком? – спросил Евгений.

– Я ни с кем тогда не целовалась, тем более при тебе, пить надо меньше! – с легкостью в голосе ответила Татьяна.

– А как понимать, что на твоем и его лице была размазана твоя помада?! – не удержался от обвинений Евгений, его голос истерично дрожал.

– Прекрати истерику! – послышалось взамен.

– А на этом чудике откуда она взялась? – Евгений завелся, хотя отчетливо понимал, что расспросы не красят его, и он выглядит мелочным идиотом на фоне хладнокровной Татьяны.

– Я не знаю, он просто мой знакомый, может, измазался, когда курил после меня, – Татьяниной изворотливости можно было только позавидовать.

Евгений молчал, он был в замешательстве, отпечаток профессии на его личности в очередной раз сыграл с ним злую шутку: у Татьяны, если следовать духу закона, имелось железное алиби.

– Ты знаешь, что я люблю тебя, и я не хочу тебя терять, – дрожащим голосом начал говорить Евгений. – Но я не верю твоим словам, твоему объяснению.

– Ты сам себе противоречишь – если любишь, то должен доверять, если нет, значит, это не любовь, а только иллюзия, – голос Татьяны звучал самодовольно. Несмотря на тривиальность фразы, возразить ей было невозможно.

Голос Евгения немного поник, он пожалел, что позвонил Татьяне.

– Хорошо, я буду стараться доверять тебе, – выдавил из себя Евгений.

Как он желал послать ее подальше, но не мог. Он стал свидетелем личной метаморфозы – как его ненависть к женщине в одночасье трансформировалась в неудержимую любовь.

– Можно я к тебе приеду? – трепетно бросил Евгений.