Нефилимы, сказки запретного леса

Колобок подскочил к нему и спросил:

– А где этот… рябой мальчишка? Имя его я не спросил?

– Что за рябой мальчишка?

– Он с вами недавно говорил.

– Вроде подходил такой… брякнул глупость насчет моих лошадей. И что?

– Как что?! А мои лук и колчан со стрелами?

– Что-то не пойму тебя, парень.

– Ах, не поймешь! – заорал Колобок, догадавшись, что его обокрали.

– Ступай-ка отсюда с миром, – сказал чернявый.

Тут уже Ваня не выдержал, залепил ему по уху, отправив «отдыхать» у соседних лотков. Несколько мужиков набросились на Колобка, но он вмиг раскидал их всех.

Бил наотмашь и продолжал требовать:

– Верните лук и колчан, не то все у вас тут разнесу!

Однако его ударили сзади по голове. Ударили так, что Ваня потерял сознание.

3

Очнувшись, он обнаружил, что находится в полной темноте, пространство вокруг маленькое и столь холодное, что невольно застучали зубы. Колобок приподнялся и чуть не ударился о потолок. Несложно догадаться: его посадили в погреба. Все события воссоздались до мельчайших деталей.

Ясно, что его привезли сюда уже бесчувственного.

Наверху открылось маленькое окошко. Неведомая рука протянула ему тарелку и кусок хлеба. Прозвучало краткое и хлесткое:

– Жри!

– Послушайте, – умоляюще воскликнул Иван. – Я ведь ни в чем не виноват. Меня обокрали…

– Жри! – повторил голос, и дверца захлопнулась.

– Скажите хотя бы, сколько мне здесь сидеть?

Раздался смех, сквозь который Колобок все-таки сумел расслышать:

– Годков десять.

Ивана охватил ужас.

Что ж, Волчье царство – волчьи законы!

По счастью, через некоторое время верх погреба поднялся, и Колобку приказали выйти. Сразу трое одетых в волчьи шкуры верзил связали ему руки и куда-то повели.

Просторная комната, стол, за которым восседал плюгавенький мужичонка. Он, не без доли ехидства, посмотрел на пленника.

– Попался, парень. Теперь судить тебя будем.

Иван быстро рассказал обо всем, что произошло. Мужичонка лишь покачал головой:

– Это ты говоришь.

А свидетели утверждают обратное. Мол, ни с того ни с сего набросился на людей, отделал их так, что к лекарю пришлось обращаться. Насчет рябого мальчишки… никто его не видел и знать не знает.

– Что мне делать? – горько вздохнул Колобок. – Говорили, что десять лет должен в этом проклятом погребе сидеть.

– Ишь, размечтался! – хохотнул мужичонка. – Десять лет на казенных харчах. Нет, милок, отправишься на лесоповал. Поработаешь во славу нашего Волчьего царства.