Крах всего святого

Охмелевший Стефан уже представлял себе будущее – убийство чудовищ, почести, золото и девки, так и норовящие прыгнуть к нему в постель. Может быть, потом Стефан с Джейми даже соберут свой отряд – лихих парней, при виде которых любая образина, подвывая от ужаса, зароется поглубже в землю, а чародей притворится сельским фокусником.

А что на деле? Нет, конечно, чудищ и колдовства они получили сполна. Даже чересчур. Но вот насчет золота и почестей… Одна захолустная деревенька сменяла другую, иногда все трое ночевали под открытым небом, дрожа от холода, жевали харчи, от которых и свинья бы отвернула рыло, вместо благодарностей получали проклятия и брань, а те монеты, что добывались потом и даже кровью, таяли быстрее, чем успевали осесть в карманах.

Вот Джейми казалось, подобными мыслями себе голову не забивал. Стефан ни разу не слышал от друга ни слова жалобы – ну, это понятно, он-то привык махать мечом по колено в дерьме и крови, особо не спрашивая, зачем это вообще нужно. Что взять с солдафона, хоть и бывшего – может быть, ему даже нравится подобная работенка.

Вот что действительно удивляло Стефана так это то, что с ними до сих пор оставалась Мелэйна. После встречи с ведьмой Стефан готов был поставить золотой на то, что жричка сбежит после первой охоты и осядет в ближайшем городке, возносить молитвы и исцелять богатеев – но не тут-то было. Она мужественно терпела все лишения и лезла с друзьями в любое пекло, а иногда даже уговаривала их уничтожить какую-нибудь тварь задарма – чудачка, что с нее взять.

Покинув площадь, Стефан в задумчивости застыл посреди улицы в размышлениях, чем бы ему заняться. Можно было вернуться в корчму – но пить ему пока было неохота, да и к тому же, он хотел немного побыть один. Один ли? Хотя… Карман приятно тяготили монеты – несколько серебряных и горсть меди – так что Стефан решил пойти туда, где всегда можно скрасить трудные моменты жизни.

Но для начала это самое место нужно было найти. Несмотря на то, что было еще не так поздно, улицы опустели – лишь какая-то старуха катила тачку с тряпьем, да пара сопляков возилось в пыли.

Повертев головой, Стефан заметил спящего на земле нищего с перемотанной культей. Наградив его несколькими пинками, Стефан смог разбудить полупьяного бродягу и получить от него запутанные объяснения, как добраться до общего дома. Кинув забулдыге монетку на прощание, Стефан, посвистывая, направился вниз по улице, освещаемой свечными фонарями.