Сага о каджитах: Скрытая угроза

С огромным трудом узник, придя в состояние, способное мыслить, но не помня своего имени и рода, будто ничего этого и не было, будто жизнь его была подобно чистому листу, что вот с первой своей строчки заполнилась чёрной кляксой на белом фоне, встал, опираясь на торчащий в стене выпуклый заплесневелый камень.

Постепенно в его голову приходила реальность. Как он тут оказался? И, главное, кто он? Ответ на этот вопрос не мог дать никто: ни статуя богини, которая молча лила свои золотистые слёзы из закрытых очей, ни мёртвая тишина, царившая в давно заброшенной тюремной камере, ни лёгкий сквозняк, доносившейся через ржавую клетку, находящуюся перед еле стоявшим на ногах узником.

Он не спеша подошёл к столу, опираясь на него руками, глядя в сторону клетки. Добравшись до неё с большим трудом, чувствуя в каждом шаге бетонную скованность ног, он уперся руками о её железные прутья.

– Эй, кто-нибудь! – крикнул узник хриплым голосом, но из продольного, узкого тёмного коридора, освещённого всего одним факелом, никто не ответил.

Тогда, вернувшись ко столу, он взял две отмычки и вновь подошёл к клетке, присев на одно колено и, пытаясь рассмотреть замочную скважину всё ещё мутным взглядом, принялся обескураженно пытаться взломать её.

Как ни странно, это сделать получилось без особых усилий. Она со скрипом отворилась, освобождая узнику дорогу в кромешную тьму продольной комнаты.

«Надо убираться отсюда. К чертовой матери…» – пронеслось в его голове.

Он медленно подошёл к факелу и снял его с железной подставки, вытянув руку вперёд, убивая свои глаза попытками рассмотреть что-то дальше двух метров. Но всё было тщетно. Дремучая темнота, хоть глаз выколи.

Ступая тихо, боясь потревожить царивший здесь покой, его босые ноги касались холодных сырых камней, распространяя по всему телу неутолимую дрожь и чувство отреченного страха. С каждым новым маленьким шагом из мрака начали появляться ещё ржавые, склонившиеся в бок и висящие на одних еле держащихся петлях клетки, за которыми, уже долгое время, покоились скелеты давно умерших здесь узников.

Кем были эти люди? Преступниками? Или же несправедливо отбывающими свой срок ни в чём неповинные люди? Сейчас это уже не важно. Все они являются частью здешнего царства тьмы и мрака.

– Я чувствую биение живого сердца… – тихим, протяжным, как вой ветра, эхом раздался голос позади узника.