Летопись голодной стали. Ростки зла

– Разве здесь не всё обустроено, как должно? Дорогие вина, еда, приятное царское общество.

– Человек – существо эгоистическое. Дай ему бокал вина, он захочет графин с вином. Самые высокородные, что добились положения и имеют много возможностей, имеют самые эгоистические вожделения.

Посол осушил свой бокал, подался вперёд, дотягиваясь до постепенно опустошающегося графина с вином, и наполнил свой бокал до краёв, проливая немного на белую скатерть стола.

– Внимание. Люди хотят, чтобы их одаривали вниманием.

Некоторые млеют от этого до невозможности, хе-хе. А у тех, у кого гордость переполняет, как вино этот бокал? О-хо-хо. Обделишь их вниманием, если они его ждут, и они это запомнят надолго.

Дункан не сильно принимал во внимание слова посла. Наёмник был занят едой и спустя десять минут он тяжело откинулся на спинку стула, знатно отрыгнув и вытерев жирные губы предплечьем. Потом дотянулся до графина с вином и тоже налил себе.

– Смотри, какая красавица. Какой спелый фрукт… – Посол слегка опьянёнными глазами не спускал взора с Елены.

 – Как белоснежный цветок, цветущий в зимнем саду. Как морозный иней: блестящий и колющий… Как…

Он сделал большой глоток, чуть кашлянул.

– Самая первая красавица Венерии. Каким бы патриотом нашей страны я бы не был, но скажу так: таких, как она, в Торсивале нет.

– У всех разные предпочтения. – Дункан отпил немного вина. – Красота – понятие субъективное. У каждого свой её идеал.

– Однако, и ты смотришь на неё с восхищением и досадой.

Я это вижу. – Он улыбнулся широкой улыбкой, как всегда, посмотрев на наёмника.

Дункан посмотрел на Елену. Она угрюмо ковырялась серебряной вилкой у себя в серебряном блюдце, оперев свой бледный подбородок на кулачок. Глаза её были устремлены куда-то вдаль. Возможно, от всего этого прочь, и на многие мили.

– Девушки той стати, как она, видят мир через призму обольщений и комплиментов, ибо те сыплются на них практически каждый день. Они видят мир через пурпурный цвет красоты и великолепия, считают себя богинями всего живого и наделены великой силой воплощать в жизнь свои самые сокровенные желания, лишь только блеснув своими прекрасными огоньками в глазах.

И мужчины валятся к их ногам исполнять желания.

– Не уж то Вы, господин посол, влюбились в неё? – Дункан скривил брови.

– Обыденное дело, когда мужчина влюбляется в красоту.

– Но вот что-то я наблюдаю, как Елена не сводит глаз с принца Камира. Он бы был ей хорошей партией. Я так считаю.