Последние времена

– Бедная Леночка! Но я не слежу за личной жизнью сотрудников.

При этом Золотцева отвела глаза. Юрий понял – солгала. Но что она скрывает? Ему надоело ходить вокруг да около. И потому спросил напрямик:

– Вы говорите не все. И от полиции утаили важную информацию. Остается лишь гадать: почему?

– Глупости! – на лице Ирины Валентиновны появилась маска фальшивого удивления.

– Нет, не глупости. На это указывают сразу два обстоятельства. Интуиция сыщика, которая подводит меня крайне редко. И, во-вторых, никогда не поверю, чтобы руководитель предприятия в случае убийства одной из сотрудниц, не заинтересовался бы ее биографией.

Вдруг она была замешана в чем-то нехорошем, криминальном? (Только допустим!)… Не ляжет ли впоследствии несмываемое пятно на весь коллектив?

– А вот я не заинтересовалась, – с вызовом, где однако слышались нотки отчаяния, ответила Золотцева.

– Пусть так. Тогда вернемся к другим вопросам: так любили или нет Ковалевскую в коллективе?

– Я не слышала о ней ни положительных, ни отрицательных откликов.

Трудолюбивый, средний человек, с относительно ограниченными возможностями. Такие не вызывают ни обожания, ни ненависти.

– С кем-то конкретно она дружила?

– С Мариной Холодовой, – чуть подумав, ответила Золотцева.

– Кто она?

– Научный сотрудник из ее отдела.

– Как мне с ней связаться?

Золотцева позвонила секретарю и спросила:

– У Холодовой сегодня присутственный день?

– Да.

– Значит, она у себя?

– У себя. Я с ней недавно разговаривала.

– Вам повезло, – сквозь силу улыбнулась Ирина Валентиновна.

– Холодова на рабочем месте. Кабинет № 35. Можете поговорить с ней. А у меня, извините, дела.

Георгиев поднялся, вежливо попрощался. Открывая дверь, бросил осторожный взгляд в сторону Золотцевой. Та была сама не своя, в руках такая дрожь, что с трудом смогла закурить сигарету.

«Странное поведение директора института!»

Оставшись одна, Золотцева сделала еще один звонок, срывающимся голосом сообщила:

– Опять приходили насчет Ковалевской… Нет, не полиция, частный сыщик по фамилии Георгиев… Когда же это закончится? Я боюсь!.

. Не опасаться?.. Мне он показался очень смышленым и дотошным… Нечего сказать, утешили… Одна надежда, что все обойдется…

Разговор закончился. Только страх в душе Ирины Валентиновны все вил и вил свое гнездо.

Юрий постучал в дверь кабинета 35 и, услышав: «Заходите!», вошел. В просторной светлой комнате находились трое сотрудников.