Некромагия

Теперь Хуго увидел оборотня: прижав верхние лапы к груди, тот стоял на согнутых нижних, в совершенно неестественной для обычного волка или собаки, но, надо полагать, привычной для оборотня позе.

Услыхав шаги, Чаттан оглянулся. Мелко семеня, по площадке приближался Дарик Дар. Страх страхом, но он являлся старшим после Гиды среди пепелян и должен был знать, что происходит. С собой Дарик захватил горящий факел. Чаттан вновь заглянул в комнату – Гида Чистюля уже умер. Два удара аркмастера рассекли его от плеч до живота.

Теперь голова, шея и грудь, напоминающие вылепленный скульптором бюст, треугольником выпали из остального тела и опрокинулись назад, в то время как торс с лапами упал вперед.

Хуго посторонился, пропуская Дарика в комнату.

Захрустели черепки, и Гело вышел на площадку. Дарик склонился, разглядывая мертвого хозяина. Сура, все еще лежащая на спине, вдруг заговорила, тихо и быстро, так что слова слились в неразборчивое бормотание. Дарик подошел к ней, ухватил за волосы и поволок по мусору к дверям.

Тело его колыхалось.

Хуго отошел подальше – ему на сегодня хватило неприятных запахов. Сура, не замечая, что ее куда-то волокут, выпучив глаза, безостановочно говорила. Дар протащил ее по площадке, ногой раскрыл дверь в конце, впихнул девку внутрь, закрыл дверь и вернулся.

Гело Бесон уже стоял возле Хуго, склонив голову и глядя себе под ноги.

– Теперь говори, – приказал Чаттан.

– А что говорить? – откликнулся Дарик. – Вы ж сами видели. Сегодня утром он стал зверем! Или, может, ночью…

– Людоволком, – поправил Чаттан.

 – С чего вдруг он им стал? Это заклинание какое-то, причем сильное… – Он покосился на чара, и тот кивнул. – Да, редкое и сильное заклинание, его так просто не наложишь. Так что…

– Питье, – произнес аркмастер, все так же глядя вниз. – Может быть, питье. Смешать кровь убитой в полнолуние волчицы и… – Он замолчал.

– Так что расскажи нам, почему вдруг Гида Чистюля превратился в людоволка, – заключил Хуго.

– Я не знаю, – сказал Дар.

Прикасаться к нему не хотелось, поэтому Чаттан достал меч и плашмя ударил Дарика по груди.

Телеса колыхнулись, Дар, охнув, отступил.

Дверь в конце площадки открылась, и наружу выбралась Сура. Бормоча, она поползла к ним.

– Не надо, перестань, – произнес Дар.

Сура проползла между их ног, глядя перед собой остановившимся взглядом, достигла лестницы и стала спускаться на четвереньках.

Чаттан ударил Дарика еще раз, теперь по брюху. Внутри пепелянина булькнуло.