Дорога в Спадри

Мы перешли площадь, пустой вокзал, прошли мимо электричек и вышли на запасной путь.

– Сюда, сюда, – подгоняя меня «конокрад».

Товарный поезд. Один вагон совсем не обычный, а ярко разукрашенный рисунками, дверь, как триумфальная арка с какой-то исторической миниатюры, а вокруг то ли узоры, то ли иероглифы.

– Вот и пришли.

– Из цирка сбежали? – пошутил я, но остался без ответа.

Конюх, или кто он там, открыл дверь и пригласил внутрь. Запрыгнул первым и подал мне руку.

Да, это было зрелище. Он был абсолютно черным, с пронзительным надменным взглядом. Будь это сказочный скакун, то из его ноздрей полыхал бы огонь и шел дым… Жеребец был просто гигантом. Остальные лошади по сравнению с ним были бы как пони или ишаки. Удивительно, как он вообще уместился в этой «теплушке».

– Ну, договорились, – воспользовался моим замешательством «конокрад». – Удачи!

И исчез.

– Эй, подожди! – я выскочил следом… и оказался в пустоте.

Почти в прямом смысле этого слова. Одинокий, разукрашенный под цирк вагон на ржавых путях в какой-то степи. А рядом я, в мокром плаще, костюме-тройке, с дипломатом в руке. И большое красное солнце над горизонтом – то ли на восходе, то ли на закате, оранжевое небо.

«Этого не может быть!» – сказал я себе и сделал несколько кругов вокруг вагона, в надежде увидеть вокзал и электрички на запасных путях.

«Это – сон».

Пачкаясь навозом, я залез в вагон. Я и выпрыгивал, и выглядывал из него, открывал и закрывал дверь, но ничего не происходило и не менялось. Только солнце начало подниматься выше.

«Это должно быть, сон!!!»

Нервы не выдержали, и я со всей злости метнул дипломат в стену вагона. Он разбился, и бумаги из него разлетелись на мокрую от росы траву.

Я сел, уставший, на рельсы и закрыл глаза.

«Надо успокоиться. По рельсам доберусь до ближайшего города. Завтра суббота, за сутки из любой степи можно добраться до дома. Хорошо, что деньги есть». – И я проверил бумажник во внутреннем кармане плаща. – «Можно поехать даже верхом».

Я снова полез в вагон. Внутри оказалось гораздо чище, чем показалось вначале. У жеребца было вдоволь воды и сена.