Планета под контролем

Абсолютно лысая голова напоминала бледный кожаный шар, на котором едва виднелись плоские маленькие уши и лишь с трудом угадывались расплывшиеся черты лица. Из глубоких щелей между жировыми складками таращились маленькие светлые глазки. В самом многочисленном и влиятельном таборе Глифа, Арка Вега, занявшем наиболее богатые пищей южные топи, Сэл не имел возможности претендовать ни на что, кроме сытной однообразной жизни, которая могла в любой момент оборваться ударом наемного убийцы, подосланного Сэлом Арка-старшим, первым сыном атамана табора.

Адепты Конклава не просчитались, из всех кочевников планеты избрав для своих целей именно Сэла. Стратостат, арбалеты и гипнотический курс обучения, позволивший ему управляться с приборами, давали младшему Арка надежду на будущую власть в таборе.

Сэл опустился на стул, затрещавший под его весом, и поманил к себе Берами. В руке Арка Вега держал коробочку переговорника с круглым глазком видеокамеры, и такие же коробочки болтались на поясах всех глифанов.

Кривоногий пират подошел, как всегда, ухмыляясь. Жизнь кочевников не способствовала развитию чувства юмора, но ближайший помощник Арка, не отличаясь умом, имел счастливый талант находить смешное во всем.

– Что там? – спросил Сэл.

– Еще пятерых дохляков поймали, – осклабившись, пробормотал Берами. – Двоих в полях, двоих на склоне, а одну прямо здесь.

– Пятеро… – сказал Арка, пересчитывая их. – Пятеро, а?.. Так почему их четверо?

Подойдя ближе, Берами пожал плечами.

– Один чудить вздумал… – сообщил он, доверительно наклоняясь к атаману. – Подраться захотел. Берами ему дырку в брюхе сделал.

Без замаха Сэл коротко и сильно саданул его кулаком в грудь. Помощник хрипло выдохнул и уселся на пол, разинув рот. Арбалет вылетел из его рук.

Арка вцепился в волосы на его макушке, приподнял и зашипел в сведенное судорогой боли, но продолжавшее ухмыляться лицо:

– Подраться захотел?! Они все от страха пошевелиться боятся! Их нельзя убивать, понял?! Они важнее для тех, кто вверху, чем даже кренч.

Их можно пугать, бить, насиловать, но убивать нельзя! Еще раз убьешь хоть одного – я съем твои кишки!!

Когда он отпустил Берами, тот продолжал улыбаться. За одну эту кривую ухмылку, навсегда приклеившуюся к лицу помощника, Сэл иногда готов был растерзать его.

Он поманил некрасивую реншу. Та подошла маленькими шажками, бледная от испуга.