Мармеладные каникулы

Она сказала, что не думает, что она чистый интроверт, хотя бы потому, что профессия у нее экстравертная, просто она немного устала от всех этих передвижений на большие расстояния за короткое время, но когда отдохнет и разойдется, то будет, конечно, другой. Вот, например, когда она выпивает вина, то становится довольно смешливой, даже, может показаться, глуповатой. Сказочник переспросил: «глуповатой? – не похоже.»

Потом он сказал, что ему этот выбор на счет гостиниц одному делать было довольно обломно – он ведь не знал, любит она кофе в постель или спускаться для общения с плебсом, хорошо, что она согласилась с его выбором.

– А разве выбор уже сделан?

– Ты же сама сказала «наверное хорошо», но если не понравится в Слоне, то придумаем, что нибудь другое.

– Что значит в слоне?

– Ты какая-то расеяная, девочка моя, тебе в самолете через окно не надуло? Слон – это 4-х звездная гостиница на 4 номера с маленькой совмещенной кухонькой, но раздельными ванными, конечно. Я сам там никогда не останавливался, но подумал, что раз ты к зверью с симпатией относишься, то Слон для первого раза в Париже – не так уж и плохо.

Вика решила, что все это похоже на розыгрыш, но «портить обедню» не хотела, а решила подыграть.

– Слон на территории зоопарка или его выводят на определенные часы оттуда?

Сказочник засмеялся: «Гостиница Слон стоит на одном и том же месте со времен Гавроша, просто знаменитую статую заменили зданием в форме слона в знак уважения к знаменитому писателю парижских трущоб.

Они уже давно катились не так быстро по улицам города.

Прямо, как выставка беспородных собак с такими же хозяевами. На многих были ярко желтые или оранжевые дождевики из дешевого пластика.

Архитектура тоже пока не очень пленяла. Сказочник как будто бы понял по выражению лица причину ее удивления и сказал, что это все еще окраина, дома здесь в основном довольно старые и не ремонтируются так часто, потому что их владельцы не так богаты из поколения в поколение.

В конце концов они остановились недалеко от книжного магазина, и он, как заговорщик, посмотрел на Вику. Она сказала себе, что ей возникать с вопросами не стоит, а то разволнуется и опять звук пропадет, и опять что-нибудь пропустит – пусть он ее ведет, куда ему надо. Ей всюду в Париже хорошо.