Реки времен. Гнездовье желаний

Пока он говорил, горилла перестала биться головой о клетку, и теперь взирала на Киру любопытным взглядом.

– По-моему, она хочет есть. – сказал Кира, заметив в глазах животного какую-то грусть.

– У меня есть конфета! – тут же отозвалась Эрика, достав из сумки медовую конфету. – Можно я ее покормлю?

– А-а-а…– снова замялся Люсиан, переводя взгляд с умоляющего лица Эрики, на угрожающую гримасу Алин. – Да. Конечно.

Люсиан подал знак, и сопровождающие их наемники тут же достали арбалеты. Окружив принцессу, они разом направили оружие на гориллу.

– Ешь. – шепотом промолвила принцесса.

Так же медленно, из прутьев вылезли два пальца с костяными наростами. Очень осторожно, с какой-то ювелирной точностью, они подцепили бумажную обертку, и утянули конфету обратно в камеру. Поднеся сладость к красным зрачкам, а затем понюхав ее, горилла засунула конфету за щеку, даже не развернув ее.

– Ей не понравилось? – разочарованно спросила Эрика.

– Думаю, что все-таки понравилось. – сказал Люсиан. – С ваших рук, принцесса Эрика, любая пища будет вкусной.

Эрика еще раз посмотрела на спину гориллы.

– Жаль я не успела ее как следует нарисовать. – со вздохом проговорила она, глядя на кусок пергамента с накаляканными на ней парой кружков и палок.

– Мы можем заставить ее развернуться. – сказал Люсиан, беря в руки железный прут.

– Не надо. – отмахнулась Эрика. – Когда Кайто приедет, мы снова придем сюда и я дорисую.

Они еще час ходили по подземельям, рассматривая необычных животных. Некоторые звери были настолько опасные, что Люсиан не рискнул подводить принцессу ближе, чем на десять метров от клеток.

– А это что за звери? – с интересом спросила Эрика, подбегая к последним камерам.

Подойдя поближе, Кира увидел несколько людей, одетых в какие-то тряпки. Они ходили по камере из стороны в сторону, и скребли стены железными щетками.

– Это обычные люди. – проговорил Люсиан. – Точнее заключенные. Городской совет позволяет мне набирать заключенных, чтобы те мыли камеры. Скоро сюда должны доставить новую особь.

– Какую еще особь? – спросил Кира.

– Птицу Рух. – ответил Люсиан, сверившись с пергаментом, который висел на стене рядом с камерой.