Реки времен. Гнездовье желаний

– Нельзя. – вдруг раздался у двери голос Алекто. Совершенно не обращая внимания на кинжал, приставленный к ее горлу, девочка беззаботным голосом проговорила: – Это моя подкова. Я ее нашла на северном тракте. Рейме сказал мне, что если ее повесить в доме, из нее вырастит новая лошадь.

Кира заметил тень улыбки, промелькнувшей на лице темноволосой женщины.

– Какое милое дитя. – проговорил старик, подойдя к девочке, и взяв ее на руки.

– Н-нет, отпустите ее. – послышался испуганный голос Тиси.

– Сколько тебе лет, девочка? – не обращая внимания на Тиси, спросил старик.

– Шесть с половиной. – ответила Алекто, и тут же прибавила: – А у тебя лысина на голове.

– А ты знаешь, кто я такой? – продолжил старик.

– Лысый дедушка. – ответила Алекто.

– Я король. Король Ценебрии, Энлиль ди Гранда-Стелларис. Ты ведь знаешь, кто такой «король»?

Алекто помотала головой.

– Король – это человек, которому принадлежат жизни всех людей, находящихся на его земле. – проговорил старик. – А ты знаешь где мы сейчас находимся.

– У меня дома. – ответила Алекто.

– Нет. Это МОЙ дом. И жизни всех присутствующих тут людей – мои. Поэтому я могу спокойно тебя убить…

– НЕТ! – Рейме метнулся вперед, но его тут же скрутили десятки рук, облаченных в железные перчатки.

– … или сохранить тебе жизнь. – продолжил Энлиль. – Но выбирать не тебе.

Сказав это, он перевел взгляд на Рейме.

– Чего тебе надо? – сквозь зубы проговорил Рейме.

– Твою преданность. – ответил Энлиль. – Поклянись мне в верности, и стань моим генералом.

Старик поднял руку и солдаты еще сильнее прижали клинки к шеям детей.

– Хорошо! – выкрикнул Рейме. – Клянусь! Я клянусь! Только отпусти их!

– Отлично. – проговорил Энлиль, приказывая солдатам отпустить детей. – Но знай – придашь меня, и они тут же умрут. Ты ведь слышал про «Зодиаков»? Уверен, что слышал. Я найму их всех, и они выпотрошат твоих родных, как скот.

Встав, он выкинул подкову в открытое окно.

– А! Моя лошадь! – засуетилась Алекто, выбегая из комнаты.

– Собирайся, Вермилион. – проговорил Энлиль. – Мы едем на войну.

Последние слова старика потонули в гулком эхе. Силуэты людей стали плыть, и Кира вдруг почувствовал, что стоит по пояс в воде, которая неумолимо прибывает. Вот она уже достигла шеи, а через мгновение поглотила его целиком. Кира стал метаться в черной пустоте, не зная, куда ему плыть. Постепенно теряя сознание, он вдруг услышал отдаленный детский голос:

– Кира.