Отбор

– Я уверен, что у твоего Беляева магазин и из-за него вся эта свистопляска и началась, – когда осведомитель не рассказывал факты, а делился своим мнением, его речь стала и быстрее, и образнее. – Сам подумай, с такой должностью, с такими погонами, кто бы не поживился и не попробовал заработать?

***

Тот же тезис выдвинул майор Антон Беседин. В небольшом кабинете Михаила Фадеева, усталое лицо которого контрастировало с идеальным порядком на столе и фотографией улыбающейся семьи, Беседин сказал:

– Очевидно, что у Беляева магазин.

– Мы пока не можем ни опровергнуть, ни подтвердить эту версию, – ответил Фадеев. – Для этого мы и проверяем всю доступную нам информацию.

– Да я знаю, – с досадой произнес Антон. – Просто кажется, что мы зря теряем время. В делах Истомина мы ничего не найдем.

– Ты уверен, что в тебе говорит не профессиональная деформация? – спросил Михаил.

– Брось, ты же тоже постоянно преступления ментов расследуешь, разве не очевидно, что я прав?

– Даже если так, мы обязаны все проверить.

– Ну это да.

Они замолчали и тут раздался стук в дверь

– Войдите, – сказал Фадеев.

Настя Снеговая вошла в кабинет с плохо скрываемым ликованием на серьезном лице.

– Я кое-что нашла в материалах дел Кирсанова, – сказала она. – След, который может связывать его с наркобизнесом, а значит, и с Истоминым, работавшим в отделе по борьбе с наркотиками.

– Что за след? – нетерпеливо спросил Беседин.

– Одна из осведомительниц Кирсанова – закладчица Анна Чистякова по прозвищу Юла. Она снабжала его сведениями в течении полутора лет.

– Нужно будет вызвать её как свидетеля, – сказал Михаил. – Я напишу оперативное поручение, Глеб организует привод.

– Могу я сама её допросить? – спросила Настя.

– Да, конечно, – быстро согласился Фадеев.

Он задумчиво взял со стола телефон, повертел в руках, положил обратно.

– Антон, когда закончим здесь, нужно попробовать прижать вдову Истомина, – сказал он. – Не слишком жестко, но припугнуть надо. Есть ощущение, что она что-то знает про то, откуда в тайнике деньги и паспорт, просто не хочет говорить.

Антон Беседин улыбнулся.

«Наконец-то настоящая работа», – подумал он.

***

Аня Юла зашла в подъезд многоэтажного дома-свечки в Коммунарке.