Теория магии 2

Ему до смерти надоела тайга с ее прелестями и чудесами. Хотелось, чтобы это задание поскорее закончилась и можно было все забыть. – Устраиваемся, ребятки, на ночевку.

Бойцы зашевелились и начали обустраиваться. А медик засуетился вокруг своего пациента.

– Мне надо его развязать, – сказал Лыкову медик, – Хотя бы ненадолго. Что бы нормально обработать его царапины и ссадины. В этом болоте подцепить какую-то гадость через самый минимальный порез легче, чем высморкаться.

– Давай, – согласился со своим подчиненным офицер, – Я тебя с парнями подстрахую, если этот шустрик опять решить помахать кулаками.

Но все эти процедуры удалось провернуть без особых хлопот. Паренек так и не пришел в себя окончательно. Что-то бормотал, звал какого-то Мишку, но так и не проснулся окончательно. Но такое развитие событий бойцов только порадовало. Многие еще морщились от синяков и ссадин, оставленных этим худощавым подростком в том странном месте из полированных камней.

– Скоро должен очнуться, – сказал наконец медик, когда закончил обработку всех ран паренька.

– Будем присматривать, – согласно кивнул Лыков. – Еще одного раунда нам совсем не нужно.

Я приходил в себя тяжело. Сознание временами скатывалось в какую-то серую хмарь, то опять выплывало на поверхность, фиксируя разговоры людей в форме.

– Как он умудрился погнуть мне пулемет, – сетовал здоровый мужик своему приятелю около огня, – Да и меня откинул, словно во мне не сто десять килограмм живого веса.

– А сам то по виду дрыщ дрыщем. – Согласился с ним другой военный, что набивал патронами магазин своего АК. – А как после выстрела из ружья перед ним появилась силовая пленка, что остановила все пыжи видел? Это что вообще такое? Он вообще человек, или может какой-то пришелец.

– Ну не зря же за ним послали на поиски и спасение целую группу спецназа? – продолжил разговор солдат.

Я застонал, от резкой вспышки боли и мне сразу перехотелось подслушивать чужие разговоры. Да и вопрос где я на какое-то время перестал меня интересовать. Голова раскалывалась как после жуткой попойки. Когда пили все что удавалось найти в полуразбитых магазинах.

Во время гражданской войны мы часто становились свидетелями таких зверств, что по-другому заснуть не получалось.