Спираль эпох. Книга первая. Тяжёлое пробуждение

Без угрозы вначале. Научились бы вы, северяне, этому простому искусству – выражать мысли без обещаний покалечить – как бы счастливо мы зажили тогда!

– А представляешь себе, что бы было, если бы ты у меня плату не украл? Я бы сейчас пьяная в кровати спала, а не с тобой на дне пещеры беседовала.

– Из-за ваших же привычек сначала калечить, а потом вопросы задавать, я и решился на эту глупость. Не было бы вас в нашем городе, жили бы мы полегче и побогаче! Но вам там не сидится в своём райском краю, так что своих соотечественников вини, – тон его сменился с насмешливого на раздражённый.

– Моих соотечественников в вашей многолюдной помойке не водится! Так что придержи язык!

– А то отрежешь и мне же скормишь, знаю. Если тут нет твоих соотечественников, то что тогда ты тут забыла?

Хельга рассвирепела, но лишь на пару ударов сердца. Их хватило на то, чтобы оказаться возле гадёныша, нависнуть над ним и грозно выдохнуть в его адрес, однако затем Хельга взяла себя в руки. Задохлик сразу же закрыл лицо рукой и дёрнулся чуть в сторону, но потом осознал, что бить не будут и снова принял обычное сидячее положение.

– Слушай, да убей ты меня уже! Ну во имя всех богов, честно слово, сил уже нет моих с вами мехожопыми общаться! Вы с начала любого разговора собеседника убить хотите, за то, что он слов много знает. Или просто за то, что ниже вас. Ну не мучайся! Всё равно мне твой «не родственник» руки отрубит в назидание. Давай всё здесь решим! А то виверна воняет до жути!

– А ты не думал, что с тобой так общаются, потому что ты – грязь подколодная и деньги у людей воруешь?

– Я ворую потому, что мне с детства рассказывали, что я – грязь подколодная, червь вонючий, ублюдок и прочее приятное.

Так что не надо тут ходить и судить меня – у нас на это целый суд есть. Они, правда, гребут наворованных денег не в пример больше, чем я, но зато называются гордо – суд! У каждого района свой! Соревнуются, кто из них в сумме весит больше! Не все мы с детства на мясе да молоке росли и с медведями по праздникам боролись.

– Какими… ладно, это всё равно бесполезно. Идеи есть какие-то?

– Есть, но тебе не понравится, раз мы ещё не там, – парень осклабился.

Остаток лунного пути тянулся кошмарно долго. После того, как гадёныш поведал о привидевшейся ему двери на своде пещеры, где она, по его словам, «выбивала из него дух в благодарность за спасение», Хельга с ним больше не говорила.