Третий Завет

В шестнадцать лет, после окончания школы, я, как всякий шестнадцатилетний юноша, должен был пять лет отслужить в армии до 21 года. И я пошёл не в армию, а в ВУЗ с военной кафедрой, Московский Государственный Университет имени Мифеба, где получил специальность генного инженера и звание лейтенанта Инквизиции. Поскольку специальность генного инженера необходима ИСК, меня даже не призвали воевать в Отечественной войне. По окончании университета я поступил в аспирантуру. Закончив её, я стал доктором биологических наук и капитаном Инквизиции.

Теперь я расскажу о НИИГТ, о проекте «Херувим», о своей работе…

О, великий Мифеб! Ну, и увлёкся я написанием своего дневника. Уже полночь. Мне пора молиться и идти спать…

Глава N 2 НИИГТ. Проект «Херувим». Разногласия из-за одежды.

17 марта 2121 года от рождения пророка Иисуса, понедельник.

Сегодня утром я проснулся, помолился, оделся, и пошёл на работу, в НИИГТ – Научно-Исследовательский Институт Генетических Технологий. Я сел на аэромобиль, взял молитвенный коврик и полетел.

На домах висели плакаты: «Вперёд, к созданию Рая на Земле», «Уничтожим на Земле эксплуатацию человека человеком», «Долой империализм», «Лишь Мифеб есть Бог наш, и Илларион – последний пророк Его». На этом плакате были изображены боевые действия. За полем боя стоял на коленях испуганный солдат Конфедерации и просил Мифеба о помощи. А с воздуха прибывало подкрепление – воздушный десант.

На самом институте висел плакат «Да здравствует ИСКП!». ИСКП – Илларионская Социалистическая Конфедеральная Партия.

На плакате были изображены илларионцы разных национальностей, а в центре – какие-то отец и сын, а вокруг них – сияние, – сходящий с неба дух Мифеба.

Христианин увидел бы в этой картине свою Троицу. Но, как я и говорил, лишь Мифеб есть Бог наш, и Илларион – последний пророк Его. Что за глупая гипотеза: у Бога есть сын?! Иисус был таким же пророком, как и Илларион.

У христиан не только не один Бог, у них нет единой политической партии. У них плюрализм (тьфу, какое противное слово).

Из-за разных политических пристрастий ссорятся друзья, люди иногда дерутся. Да какие друзья? Плюрализм раскалывает даже семьи на враждующие лагеря. Получается, что вроде бы два брата, а у каждого из них – своя правда. Нет, рабы Божии. Правда одна. Правда Мифеба. А плюрализм мешает людям жить в мире. Поэтому у нас и одна партия: она быстрее приведёт нас к цели, чем группа разрозненных. И наша партия управляется не людьми, а Мифебом.