В руках богини

Глядя, как напоминание о моём родном мире ускользает из рук, я скрипнула зубами, чувствуя, что внутри всё заныло. Чуть не разревевшись, отвернулась, опустила голову и мрачно зашагала вдоль торгового ряда. Койд нагнал меня и, дёрнув за рукав, протянул на ладони горсть снега.

– Умойся, – велел он строго, но с ноткой неловкости в голосе. – Почтенному нужно сегодня продать побольше, а ты не привлечёшь ни одного покупателя с таким похоронным лицом. Стыдно – из-за каких-то нарядов рыдать!

Я нехотя мазнула мокрым холодным снегом по разгорячённому лицу и мрачно поглядела на гнома.

Тот только пожал плечами.

«Это не просто какие-то “наряды”, это вещь из моего мира!», – могла бы сказать я, но Койд всё равно не понял бы. Вместо этого, скривившись, я сунула в рот очередной леденец, который, теперь, уже не показался мне сладким.

Ангаквар, услышав мою просьбу, сначала рассмеялся, а потом, когда я попыталась настоять на своём, рассердился.

– Ты мне и так дорого обошлась, Маржинель, чтобы ещё в каждом городе на тебя тратиться.

Сначала отработай долг, а потом проси! Твои наряды никуда не денутся.

Помолчав, он чуть смягчился и добавил.

– За сегодняшний день я, пожалуй, спишу с тебя шильдов пятнадцать, после того, как ты всё пересчитаешь вечером. А городов у нас впереди много – успеешь отработать.

Он требовательно уставился на меня, и я, не сразу сообразив, всё-таки поклонилась и пробормотала.

– Благодарю вас, почтенный, вы очень добры ко мне!

Наша торговля, похоже, и впрямь шла бойко – к фургону подходили всё новые и новые покупатели, в основном из горожан.

Ангаквар досыпал мне в кулёк леденцов, и я вновь отправилась привлекать клиентов.

Когда солнце скрылось за городскими стенами, окрасив небо в розовый цвет, мы начали собираться в путь. Льонги занялся оленями, я приняла и пересчитала деньги у Андо, потом взялась за оставшиеся товары, которые Койд с Эарином принялись устраивать в фургоне поудобнее. Когда мы, кое-как пробились через запруженную беженцами улицу, ведущую к Фреханкским воротам, уже начало темнеть.

Впрочем, мне было не до того – я занималась подсчётам нашей прибыли, сидя в фургоне Ангаквара. Мне даже выдали небольшой изящный светильник, единственный в нашем маленьком караване. Мэл то и дело заглядывала мне через плечо. Когда я, наконец, покончила с работой, она заявила.

– Маржи, я тоже хочу научиться так ловко считать! Ну, пожалуйста!

Я вздохнула.